ТЕТРАДЬ №1

25.1.18., 2-я половина дня
Итак, мои подозрения подтвердились: эти ублюдки действительно засекли, что я веду дневник, лазили и читали его! Возвращаюсь сегодня утром из бани – ручки на бауле застегнуты совсем не так, как я застегивал (и специально запоминал); лезу в папку – тетрадь с дневником опять лежит не той стороной, обрезом страниц кверху! Лазили, а как тетрадь лежала – по простоте своей не заметили!..
Ублюдки, какие ублюдки!.. Нашли всё-таки!.. В Перми два года под видеокамерой сидел, книжку написал, дневник вел – и ничего. А тут – вертухаи, видимо, доложили, что много пишу, и оперчасть подсуетилась, провела спецмероприятие… Кроме бани, никуда не хожу, – так они во время бани, суки… Впрочем, не в каждую баню, – я тоже замечал, как и что у меня застегнуто, и не лазили вроде. Вчера четыре часа был на свиданке, тоже специально приметил положение этих ручек на бауле, – нет, не лазили…
Что ж, сменим тактику. Сперва я думал вообще бросить вести дневник, но теперь вот – сшил из двойных листов в клетку тетрадочку на 12 листов, которую можно носить в заднем кармане брюк, ее там под свитером и не видно, и не щупают они там никогда – буду таскать ее с собой! И в баню, и везде. Они ведь и без всякой бани могут – вызвать куда-нибудь, хоть к оперу тому же или к врачу, а сами – пошарить в бауле тем временем негласно… Думаю, что шарил вот тот самый опер 1-го корпуса, который 17-го января вызывал «знакомиться» и писать отказ журналисту Вилкову. Это как раз его «работа». Чтоб ты сдох, мразь!..
Ну, а кроме этой главной новости дня – всё то же. Ни часов, ни газеты подписанной, ни библиотеки (вчера и вообще когда-нибудь). На проверке утром спрашиваю того «старшего», который позавчера, после ухода Ростошинской, обещал мне узнать про газету. Обращайтесь – отвечает – к режимникам. Но я – говорю – их не вижу (сидя в камере). Он: а я тоже их не вижу. Издевается, мразь! Убивать, убивать, убивать безжалостно, как собак, надо их всех, всех этих тюремных и всех прочих ублюдков в камуфляже!

27.1.18., после завтрака
Суббота. «Нулевой» день, – всего 660 их осталось. Писать, в общем-то, не о чем. Позавчера – в четверг вместо среды! – была наконец библиотека. Книги и впрямь носит тот же пацан из хозотряда, что и меняет бельё в бане. Многостаночник, блин!.. :) Я дал ему мой список нужных книг. Вчера он пришел ко мне днем: список потерял; напиши, мол, новый, зайду за ним через час. И - не зашел, конечно. Впрочем, список можно отдать ему в бане. :) Еще – после обеда вчера два письма: от Землинского и от Геннадия Александрова – русский художник, с 1993 живет в Праге, большой фанат Навального, – до того, что в Праге проводит регулярные акции в его поддержку. Идиот, короче. Посылает мне свои картинки – графика , виды Праги, отпечатанные, по-моему, уже в типографии. Конечно, 99% моей с ним переписки – о Навальном, Немцове (которого он тоже очень хвалит) и всей этой шушере.
На проверке вчера опять сказал про газету и часы. Где-то через час пришел тот панибратствующий хмырь, взял данные газеты, сказал, что тот, кто у них ездит на почту, говорит, что там ничего для меня нет. Сам он, как он вроде бы мельком сказал, – НАЧАЛЬНИК ОТРЯДА! Странно: когда в декабре я был еще в карантине, начальник отряда был здесь другой.
Пока что чтение моего дневника оперской (или какой?) мразью во время последней бани никак не проявилось. Не вызывают, ничего не говорят, даже не намекают. Надеются, видимо, читать и дальше. Мочить, мочить и мочить надо вас всех – всех тварей и мразей в погонах из всех «силовых структур»!!

28.1.18., после завтрака
Околевал вчера весь день: опять на улице мороз, небо ясное, опять по камере гулял ветер. Грел опять воду в байзере – и об нее, о кипяток, грел руки. Сейчас вроде бы не дует, стало теплее, но – не сомневаюсь, что после обеда всё начнется снова. Этот фокус за месяц тут был уже не раз: с утра тепло, а после обеда…
Вспомнил вчера наконец-то, что это за Татьяна, с которой я якобы переписывался тут, в Балашове – и она с мужем по имени Руслан и с собаками встречала даже здесь Феликса и Веру. С трудом, но всё же вспомнил: ее фамилия Фельд. Она написала мне всего лишь одно письмо, в конце 2014 года, – и оно пришло как раз в тот день, после которого, в ночь, меня должны были везти в Москву, за новым сроком. Я, тем не менее, ответил ей; писала она какой-то традиционный патерналистский бред, вроде того, что государство должно лучше помогать своим гражданам, кормить их и заботиться о них. И, кажется, даже писала, что состоит в КПРФ (но в этом я не уверен). Я тогда же написал ей ответ – и больше она мне не писала, исчезла; я и не вспоминал о ней, да и сейчас нашел фамилию только потому, что привык записывать все полученные письма. Жалею, что не записал тогда же и ее адрес.
Воскресенье. Вторая за неделю баня может быть только сегодня. Интересно, полезут ли ублюдки опять ко мне в баул – читать мой дневник? Надеюсь, это удастся проверить.

после ужина
Вы будете смеяться, но бани сегодня не было. Просто не было – и всё! То бишь, на истекшей сегодня неделе была у меня только одна баня – в четверг, 25-го. Так-то вот эти гондоны соблюдают собственные ПВР!..
Зато был шмон! :) Как же без шмонов, даже в воскресенье… Перед обедом явились, как обычно, два ублюдка, третий остался у двери с регистратором. Первый фонариком посветил по решетке-отсекателю у окна, не спрятано ли там где чего, – это что-то новенькое, раньше они туда не лезли. Ленивенько пошарил в карманах баула, расстегнул его основную крышку – но в это время второй, изучив снятую со шкафчика коробку с продуктами и заглянув в сам шкафчик, сказал: «Пошли», – и они ушли. Баул мой внутри на этот раз так и остался, слава богу, нераспотрошенным. :) Шмонали только меня, к соседям не заходили.

29.1.18., примерно 10 утра
Ну суки!.. Просто нет слов… На проверке сегодня наконец-то объявился «режимник», и я ему сказал про часы (N+1-й раз). Ответил он: их еще нет, могут идти сюда до полугода. (!!). Записал, обещал узнать, есть все-таки или нет.
И вот только что – открывается «кормушка», стоят два хмыря в камуфляже. Протягивают мне листок: мол, это надо переписать. Смотрю – это мое заявление №2 о выдаче часов, еще от 9 января, сразу после «праздников» (больше я не писал, жалко бумаги). Во-первых, обязательно фамилию этого сраного начальника (точнее, врио начальника). Потом – ну конечно, слово «политзаключенный» им не понравилось, надо написать «осужденный». Лицемерные мрази… Часы, разумеется, выдадут только одни, а не все три штуки, – если сломаются, выцарапывай потом другие со склада… Хорошо, переписал, пришли опять, забрали бумажку. И на мой вопрос: когда же отдадут сами часы, которые все-таки оказались уже здесь, в тюрьме, – ответ: ну, пока там всё подпишут… короче, НА ЭТОЙ НЕДЕЛЕ! Уже здесь – и всё равно еще целую неделю ждать!.. У них тут всё, что пишут на имя начальника, на самом деле носят на подпись начальнику. Идиоты…

примерно 4-й час дня
Была баня, только что. Разумеется, в баул мой в это время опять лазили, – ручки были опять застегнуты не так, как я оставлял! :) Но прежние записи, в том числе за 11-е января, когда я первый раз заметил слежку, тщательно изучены: дневник в папке лежит точно так и точно там, где и как я клал. Блокнот же, уходя, я переложил в другое место – и прямо на выходе из бани мой пакет был особо тщательно обыскан вертухаем-банщиком, не только с прощупыванием, но и с вытаскиванием части вещей. Ну да, опер хотел знать, не унёс ли я его (блокнот) с собой в баню. :)) Что ж, будем продолжать игру. :)

31.1.18., после утренней проверки
Прошла ровно неделя, как приезжали Вера с Феликсом, – и теперь попробуй-ка выцарапай тут эту посылку, что они оставили на здешней почте!.. О ней и помина нет; спросил сейчас на проверке – мычат невнятно: мол, мы узнаем… Твари, ублюдки, говнюки, не могли передачу принять, свиньи! Так бы и забил их всех насмерть их же киянкой, которой они на проверке стучат по окнам и шконкам!..
Вчера – дикий ветер весь день за окном, воющий, чуть не срывающий крыши с домиков частного сектора под окнами. Соответственно, дикий холод опять и в камере (сегодня вроде потеплее, ветра нет). Полдня, особенно к ночи, ломило голову, – вот так вот «помогают» их таблетки от давления, регулярно мне даваемые… Первый день рождения матери, прошедший без нее…
Забавно, что с тех самых пор, как оперская (?) мразь прочла последний доставшийся ей кусок моего дневника (с 11 по 25 января) – начисто исчез отсюда тот малолетний придурок-вертухай без формы и в белых кроссовках! :) Как раз в те дни я писал о нем, что он неадекват и власть свою мелкую не по назначению использует, – и вот его больше нет! Интересно, связано ли это? Я думаю, что да. М.б., назначают теперь дежурить на другой корпус, к «крытникам»?
Жаль, конечно, что из-за этой гиперлюбопытной мрази, желающей читать мой дневник, он (дневник) поневоле будет теперь коротким, только о самом важном: место-то ограничено, тетрадь всего на 12 листов. Но, м.б., это и к лучшему: не будет в нем пустых эмоций, тоски, хандры, бессмыслицы всей моей жизни… Ибо бессмыслицы в жизни много – а событий тут мало. И не будет места писать о том, каким дерьмом эти суки продолжают кормить, – теперь сечкой вместо овсянки…

18-19
Вот так оно бывает. :) Только писал утром про выцарапывание передачи – и тут же дернули ее получать! :) Повели на 1-й этаж, в шмоналку, где меня шмонали по приезде. Передача с почты прибыла не в коробке, как я думал, а в опечатанном пластиковом мешке – 20 кг. Всё прогнали через шмонную машину, так что, слава богу, не только сгущенку не выдавливали, но и плавленый сыр не вскрывали и не тыкали в него железками, как обычно.
Вера с Феликсом таки купили мне часы и радио. Часы – электронные, на батарейках, плохонькие, дешевые, но они еще и две батарейки запасных купили и приложили. Из трех или четырех идиотов, шмонавших передачу, большинство решительно хотело и часы, и радио забрать «на каптерку»: мол, на часы у меня уже написано заявление на другие (мои старые), а те и другие – низ-зя! А радио, мол, с USB-портом, этого тоже низ-зя, надо писать заявление, чтобы радио выдали с каптерки, причем в заявлении указать, что я согласен на удаление («выпаивание») этого самого USB-порта. Которое продлится как раз до конца моего срока, ага! В общем, дикий, безумный бред, нельзя абсолютно ничего, каждый чих – только по заявлению! Но когда шмон подошел к концу, большинство его участников ушло – один из них, почему-то более лояльный ко мне, взял да и отдал мне радио и часы потихоньку! Его лояльность я оценил уже тогда, когда по ходу шмона он отдал мне и две катушки – с черными и белыми нитками, – которые тоже тут низ-зя ни в коем случае. Что ж, спасибо, я оценил его услугу, однако моего отношения к тюремщикам в целом это не меняет. И ясно, что радио все равно заберут при первом же шмоне – дай бог, чтобы хоть неделю оно у меня простояло…
Больше всех подвел и разочаровал, конечно, Глеб. Не только вещей (термобелье, носки и пр.) , но и еду вот эту, туристскую, специальную, не продающуюся в магазинах, которую он сам же мне дважды предлагал в Перми (где не было кипятка ее разогревать) – не обеспечил он! Ни сам не прислал, ни, видимо, Феликсу так и не объяснил, как я просил, где ее можно взять в Москве. А я так на это питание рассчитывал! – чтобы весь февраль не обращаться в магазин, сберечь 6000 р. и весной тратить сразу 12000 р. , оно бы очень сейчас пригодилось.
Ни туалетной бумаги, ни салфеток не положили – зато привезли еще одни шерстяные носки и кучу общих тетрадей, которые я не просил. Консервы – 13 банок – забрали, разумеется, на каптерку, но их и не жалко: Маглеванная опять купила какие-то совсем не те, что я просил. :( Шоколада вообще не взяли; кофе – только одна пачка, хотя на свиданке я просил купить еще. :( Колбасы всего 10 штук , – короче, вес увеличился до 50 кг, а взять побольше хотя бы колбасы никто не сподобился! Еле-еле с этими запасами я рассчитываю протянуть без магазина февраль… Хорошо, что Вера сама догадалась купить две пачки сэндвичного хлеба – но почему только две и почему хлеба этого не было в списке, присланном в Москву Натальей? Ведь я-то Наталье, когда посылал список, хлеб 100% там упоминал. Два хлеба, две пачки печенья, 13 банок консервов, 10 колбас, сыр (мягкий, увы) от Маглеванной, пакет конфет (слава богу, хороших!), еще кое-что по мелочи… В общем, именно тогда, когда увеличили вес посылок до 50 кг и можно было взять всего побольше, хоть колбасы той же, – передача получилась откровенно скудной. И следующая – только через год!..

1.2.18., 14-39
Как в воду смотрел… :) Еще утром вскоре после проверки, это же самое толстое чмо, что вчера отдало мне радио, приперлось и стало клянчить: отдай, мол, я тебе его вчера дал «по ошибке» (!!), а начальнички этого урода «уже видео посмотрели» (в шмоналке, естественно, висит видеокамера) и, видимо, уже его взгрели. Я отказался отдавать, нашел этому чму статью в их же УИКе, где прямо сказано, что радиоприемники можно получать в посылках от родственников, – и это животное ушло, пообещав: мол, мы придем сегодня и заберем…
Что ж, я не испугался: сидел без личного радиоприемника десять лет, посижу еще, что грустить! Тем паче – перед обедом вдруг принесли газеты, аж восемь штук сразу! Сижу, читаю их – и вот только что являются! Аж четыре уёбка сразу, с фонариком, все дела! И эта жирная мразь с ними – и тотчас цоп приемничек мой со стола! Остальные порылись для виду в вещах, нашли железный болт, торчащий в их же решетке у окна – забрали. :) Мразоте этой я сказал, конечно, в лицо, что она прямо и откровенно нарушает закон – а толку-то?! Им говори, не говори… Они стоят на позиции, что всё, абсолютно всё, должно быть где-либо прямо оговорено и разрешено, а что в их правилах и пр. не разрешено прямо – то низ-зя, запрещено. Хотя на самом деле всё строго наоборот: что не запрещено, то разрешено. С мразями этими говорить не о чем. Напишу заявление, завтра отдам; Ростошинскую попрошу написать с воли жалобу. Но итог всё равно известен заранее. Радиоприемник продержался у меня чуть больше суток, – я-то думал, что он улетит при первом же ПЛАНОВОМ шмоне, где-то через неделю хотя бы. Но сегодняшний шмон был внеплановым…

3.2.18., 7-24
Вчера утром баня – и, похоже, на этот раз в баул ко мне не лазили!! Ручки, по крайней мере, остались застегнутыми точно так же, как застегнул я. Неужели это чмо наконец-то поняло бесполезность своих попыток? :))
После обеда – почта: три открытки от Натальи из итальянского южного Тироля от 6-го января, письмо от Гудзенко и два письма от Землинского. И в обоих – а более позднее из них датировано 25-м января – он пишет, что ни одного моего письма отсюда он еще не получил!! Мрази, похоже, они вообще письма не отправляют! Я отправлял первое письмо Землинскому еще 9-го, сразу после «праздников», – и 25-го его еще не было!!! Он пишет жалобы, конечно, уже во все прокуратуры, «омбудсменам» местным, в ОНК и т.д. – но что толку?? А единственное мое письмо, которое пока что дошло – Гудзенко, еще в 2017 отправленное – было написано 19 декабря, а балашовский штемпель на нем, как Гудзенко сообщил в ФБ-группу по мне (и выложил там это письмо) оказался от 6-го января 2018! Больше чем полмесяца держали его, не отправляли, сволочи!..

4.2.18., 18-01
Побрился вчера после обеда – и пену для бритья, запрещенную ими же в камере из-за железного баллона, эти уродцы не забрали до сих пор! :)) Вчера в ужин спросил вертухая, – да, говорит, сейчас, попозже, заберем. И – ничего, забыли! :) Мне-то наплевать, пена эта мне уж точно не мешает, но – какое у этих мразей разгильдяйство и тотальное наплевательство, насколько им все и всё тут по барабану!..
И – совсем ох…ели, твари: уже второй день на ужины вместо хоть какого-то подобья мяса или рыбы дают… молоко! Вчера с водянистой гречкой, сегодня – с капустой (тоже с водой, естественно). То бишь, вот эта махонькая жменька противной сладкой капусты, что мне положили, – это вся моя еда (по казенной версии) до 7-го часа утра завтра! Ну, и хлеб еще. А молоко я не беру, т.к. не пью его с детства.

5.2.18., 18-00
После обеда выдернул вдруг к себе на прием «социальный работник» - писать объяснение по жалобе Землинского, что он не получает моих писем. Наконец-то эти мрази зашевелились! Недописанную бумагу эту я унес в камеру – уточнять по своим записям, сколько было писем не только от меня к Землинскому, но и от него ко мне (им и это тоже надо знать). Захожу в камеру – и прямо вслед за мной заходят торчавшие в коридоре ублюдки в камуфляже. Шмон!!! А я и не понял сперва, чего это они тут торчат. Опять, как и прежде, зашло двое, один заглянул в шкафчик с продуктами – и быстро ушел, зато второй, когда его уже звали из коридора «пойдем!» - долго и сладострастно рылся в моем бауле, открывал все отделения, вытаскивал всё подряд, развязывал пакеты, рылся в письмах и фотографиях… Ах, как безумно хотелось мне вырвать у него длинный стальной стержень-щуп, который он держал в руке, и бить, бить, бить остервенело этим прутом по его поганой роже, пока не будет сломан нос и всё вокруг, включая пол и стены, не будет заляпано кровью!.. О, какая это священная ненависть, какая это сладкая, сказочная, хрустальная мечта – бить их, мочить, убивать, всех без разбора и без жалости, как я мечтаю косить их очередями из автомата, лично отрубать топором их поганые головы!..
Ну и – на ужин сегодня опять овсянка, молоко и чай. Т.е., я опять вообще без ужина…
Тоскливое ожидание Ромы и этой Маргариты. Пока всё тихо. Приедут ли они вообще в феврале, особенно Рома?..
«Соцработник» этот заодно дал мне очередной номер «НоГи» – и там я прочел, что, оказывается, еще 27 января Юрия Дмитриева, главу карельского «Мемориала», выпустили из тюрьмы под подписку о невыезде. Что ж, дай бог, от него эти мрази отвяжутся, приговор будет не к лагерям! Дай ему бог! Кампания за него была такой громадной и бурной, что мне и не снилось даже, – и вот результат: выпустили…
Уродец каптер вчера вечером таки вспомнил – пришел и забрал пену. Выходит, я был к нему несправедлив. :)))) Забирать ее – видимо, его обязанность именно как каптера, а вертухаям на это плевать.

6.2.18., 6-58
Недочеловек-вертухай, ходивший тут в белых кроссовках и спортивной куртке – опять тут!! Рано я радовался, что эту нечисть убрали! Правда, теперь он уже в камуфляже. Я бы и не знал – но его по-прежнему безудержно тянет поговорить, да и голос всё тот же. Сейчас, в завтрак, стоя у открытой «кормушки», это чмо полезло спрашивать, буду ли я есть овсянку, и почему нет, она «сегодня вкусная», и т.д…

7.2.18., 6-55
Наконец-то хорошие новости: вчера принесли письмо от Землинского и электронное ФСИН-письмо от Е.М.Эфрос из Питера. Этот соцработник, на днях меня вызывавший, говорил мне, между прочим, , что электронная почта тут, в тюрьме, заработала наконец, но из-за последовавшего сразу вслед за тем шмона я, естественно, всё забыл… Эфрос, между прочим, пишет, что еще 23-го декабря отправила мне сюда обычное письмо, – разумеется, я его не получил!! То бишь, уже четыре неполученных письма: от нее, от Феликса, от Михася Панкова и одно от Землинского! Землинский же пишет, что наконец-то два моих первых письма отсюда получил. Прислал заодно опять два старых журнала за 2015 год – зачем они мне?
Грустно, что сейчас кончился сыр, присланный Маглеванной, – целую неделю я им завтракал. Сыр был очень, очень хорош!.. :)

17-45
Водили утром в баню – и в баул никто опять не лазил, все мои заметки на нем – целы. Отступились – или ждут, пока я ослаблю бдительность? (Не дождутся!) В бане не дали даже чистого постельного белья, – нету, видите ли! Наволочки теперь нет, придется спать без нее. На завтрак и ужин – овес, в обед на второе – сечка. То бишь, за весь день поел казенного – только суп и капустный салат в обед. Похоже, тут запросто можно околеть с голоду, – с одной-то посылкой в год и труднодоступным магазином на копеечные 6000 р. в месяц… Среда, библиотечный день – но, разумеется, книги никто и не думал носить, где там… На мое заявление о радио нет никакого ответа. Электронные часы из посылки, похоже, уже стали отставать, но проверить их негде – радио-то нет. Зато с их получением тема о выдаче моих прежних часов со склада заглохла опять. Каждые пять минут в «глазок» заглядывает мусорская мразь – весь день!..

9.2.18., 9-30
Утренняя проверка – и вдруг: собирай вещи! Вот уж чего я не ждал!.. Оказалось – в моей камере будет ремонт (якобы; м.б., видеокамеру присобачат?). Пересадили на четвертый этаж, в 39-ю, пятиместную. Жуткая камера! Форточка в окне – на целый палец не доходит до рамы, остается огромная щель, в которую будет, естественно, дуть. Придется на ночь затыкать ее тряпкой, видимо. Розетка одна, у самой двери, высоко от пола – опять проблема, как кипятить воду для стирки! И, естественно, для кофе тоже. Стол страшно неудобный, посередине камеры, всё, что я за ним делаю – пишу или ем – будет на 100% видно в «глазок» (в той камере туалет скрывал всё же часть стола). В общем, кошмар, просто кошмар, куда, суки, посадили! Говорят, вроде бы после ремонта вернут опять в 19-ю, да и – слишком уж круто в пятиместной меня держать, по идее. Но когда это будет – суки не знают или же не хотят сказать. Да и в 19-й может стать всё намного хуже после ремонта…

15-31
Зато окно тут ничем не отгорожено, всего по одной решетке снаружи и внутри, сколько угодно можно смотреть в него. Прямо напротив – корпус «крытников», правая его сторона – камеры, причем на всех окнах висят «дороги» и совершенно открыто работают весь день! Ничего себе «крытая»!.. Левая же сторона, точно напротив меня, – маленькие окошки (под потолком, значит) и никаких «дорог». Видимо, это карцера. А здание с заложенными на всех трех этажах окнами – слева, его тоже хорошо видно. Значит, там не карцера, а что же тогда? Кухня? Промзона? Черт их разберет… В узкий просвет между этими корпусами видно – за оградой тюрьмы – поле, или что-то типа этого, огромное пространство земли, а за ним, далеко-далеко на горизонте – деревня, видимо…
Всё глухо. Никто не приезжает, писем не несут… Пришла вдруг мысль: если сучка Маня, узнав, что здесь появилось-таки ФСИН-письмо, решит наконец мне написать, – отвечу я ей или нет? Надеюсь, у меня хватит силы воли не отвечать – и вычеркнуть ее из моей жизни окончательно и бесповоротно! Впрочем, она не напишет, о чем это я?..

10.2.18., 11-00
Проклятая камера! В унитазе тут круглосуточно журчит текущая вода и шумит насос, ее качающий. Днем это вроде как не замечаешь, но ночью – просто беда! Спать под это совершенно невозможно. Пришлось воткнуть беруши, что тоже очень неудобно и мешает. Проспал с ними где-то до третьего часа ночи, потом – всё! На проверке сейчас просил вызвать сантехника – разумеется, и не подумали! В ту камеру, в декабре, сантехника я смог дозваться лишь на третий день, и то после долгих, упорных просьб и напоминаний.
Письма вчера, часа в четыре дня. От Феликса; от Мани :) – по прежнему ничего; зато есть №191 от Майсуряна, а в нем – письмо Маглеванной, очень короткое. Землинский, Головизнин и какая-то незнакомая женщина из Тюмени, – прислала открытку. Землинский потряс меня известием, что, оказывается, 31-го января в Москве и Киеве были церемонии награждения Сахаровской премией (а ведь писали, что оно будет 10-го декабря, в День прав человека!); в Москве по поводу меня пригласили Веру и Феликса, а в Киеве – Мишу Агафонова. И – Землинский, надеясь, что Вера и Феликс сами мне про это расскажут, ничего не пишет, хотя, по его словам, в ФБ об этом писали много. Жаль, что не пишет.

17-40
Сантехник сейчас, перед ужином, все-таки пришел. Стал снимать крышку с бачка унитаза - течь вдруг перестало. Он решил, что всё исправил (чуть-чуть ослабил крышку) – и довольный ушел. А через пару минут потекло снова! Но во второй раз его будет дозваться еще неизмеримо сложнее, чем в первый. А я пока что – опять ночью сплю в берушах или вообще не сплю, слушая это журчание. Будь всё проклято, проклято, проклято!.. Мрази, свиньи, тупые ублюдки в погонах, исковеркавшие всю мою жизнь, когда же я дорвусь убивать вас своими руками, когда??!....

11.2.18., 11-07
Что ж, на этот раз сантехника привели быстро, вот только что. Но они ничего так и не сделал. Поплавок в унитазе – сломан, воду не останавливает, а новых поплавков – нет. Завтра (понедельник) доложим, мол. начальству – и будем ждать, пока привезут. А я тем временем так и буду спать в берушах. Впрочем, «ко всему-то подлец человек привыкнуть может» - сегодня я в них спал не так уж плохо, довольно долго, часов до четырех.

12-05
Вдруг необходимую деталь (поплавок) им всё же кто-то выдал, тот же сантехник пришел сейчас опять и поставил ее. Вода больше не течет. Черт побери, может, я не в России живу, а?!.

12.2.18., 15-03
Понедельник. Никто так и не едет ко мне. Принесли зато свежую «НоГу», почитал наконец об этом вручении премии 31 января. Всё так, как я и думал. Сообщение коротенькое, я в нем не упомянут – видимо, подразумеваюсь под «авторами, осужденными к разным срокам лишения свободы и уже отбывшими наказание». Но это бы еще ладно. В начале идет речь о вручении ордена «За мужество» - того самого, который прислали Вере. Но – во-первых, совершенно непонятен статус этого ордена; кроме государств, свои ордена есть у РПЦ – но это ведь по сути тоже государство, спецотдел КГБ по работе с верующими. А у кого еще? Больше я не слышал. Чьим же это орденом я награжден? Лично Винса, что ли? Несолидно как-то… А во-вторых – кроме меня, Али Феруза (в чем его такое уж особое мужество? В том, что его депортировать из России хотели?) и Бывшева, о котором мне писал Землинский, – орден Замужества этот вручен был сразу целой куче журналистов, живых и мертвых, – и Политковской, и Эстемировой и Домникову, и Щекочихину, и Бабуровой (! – ее-то мужество в чем? В писаниях еще при жизни о желательности захвата Крыма Россией??!), Ольге Романовой, Юлии Латыниной… Массовая раздача в любом случае и любой орден девальвирует, а кроме того – быть лауреатом одного ордена с Политковской и Латыниной мне как-то немного противно. В общем, туфта и профанация, как обычно… А кроме Замужества этого, давали там еще и собственно Сахаровскую премию «За журналистику как поступок» – и кто же ее получил? Пионтковский!!! Ну, и пара журналистов той же «НоГи». Такое ощущение, что и заметочку-то эту «НоГа» потому только и напечатала, что больше половины награжденных, в том числе четыре покойничка, – из нее самой.
Как обычно и бывает, громко разрекламированное (для меня) событие обернулось пшиком. Книжки, выходящие тиражом 500 экз. Ордена, учрежденные и вручаемые неизвестно кем. И т.д. и т.п. Если не полное небытие, то – вот такой вот блеф, фейк, насмешка судьбы… А настоящего не будет уже ничего и никогда.

13.2.18., 14-58
Никто не едет. Бани нет (завтра уже неделя – и всё это время я сплю без наволочки), зато есть очередной шмон. Только налил себе кофе – являются три ублюдка в камуфляже, с фонариком, – рыться в вещах. Видя их – о, как я мечтаю на куски разрубать их поганые туши, резать их, подвешенных, бензопилой, мочить, крушить, убивать их!!! Это их работа, говорите? А не надо было выбирать себе такую работу!

20-04
Только успел дописать – принесли письма, в основном электронные. Е.М. Эфрос пишет: получила мое электронное письмо, но со значительными цензурными вымарками!! Офигеть! 11-й год сижу – ни разу еще ничего не вымарывали из моих писем, они только пропадали бесследно! Вот мразь, а? Что же, интересно, ему не понравилось в том письме-то? Ничего там «такого» и не было…
Феликс и Гудзенко порознь сообщают подробности всё о том же награждении 31-го января. То ли орден, то ли медаль, не поймешь, – но зато «из золота и платины». Ничего себе!.. Но только эта побрякушка, никакой премии! А ведь изначально именно о премии имени Сахарова шла речь! И – список награждаемых, видимо, этим орденом был огромный, всё новые и новые фамилии всплывают. [Примечание 2020 г.: 17 журналистов и 29 СМИ.] Меня, пишет Гудзенко, награждали в самом конце, предпоследним, что ли. Вера произнесла обо мне небольшую речь, видео ее есть в интернете. Вот, собственно, и всё. Гора родила мышь. Разочарование, как всегда…
Еще неожиданность – Зеличенко, офигеть, прислал тоже электронное письмо! Пишет, что он не в России, поэтому ответ ему послать нельзя, бланк ответа не приложил, типа – тестирует связь. Что за бред? Почему вне РФ ответ по электронной почте-то нельзя послать? Но – пусть пишет, пусть (обещал)! Слов нет, как меня раздражает этот дурак, приторно хвалящий меня совсем не за то, за что нужно, а при этом вполне допускающий в принципе посадки за слова! Выскажу уж я ему всё!..
А Эфрос еще пишет, что теперь вроде как к одному электронному письму можно заказать только один бланк ответа. Вот суки! В Москве в 2015 их можно было заказывать сколько угодно…

14.2.18., 16-50
Пересадили утром, вскоре после проверки, опять в 19-ю камеру. Осмотрел всё внимательно – вроде никаких видеокамер и микрофонов, ни явных, ни скрытых, нет. Черт его знает, зачем убирали меня в 39-ю… Пол тут густо заляпан побелкой только за отсекателем, у окна, – там-то нафига белить? А остальная камера как была в желтых разводах от протечек, так и есть. Так что весь их ремонт – туфта! Но что им было тут надо?..
Около четырех дня повели в баню. Возвращаюсь – ручки на сумке застегнуты точно так, как я оставлял. Лезу за папкой в баул – а в папке не только тетрадь с балашовским дневником, но и с пермским, и еще одна – лежат вверх ногами! И – как я потом сообразил – баул вообще не на ту сторону застегнут, чем у меня всегда. То бишь – туповатые эти опера, не умеют тонко работать, прокалываются постоянно – но всё равно лезут, всё равно им очень хочется знать – о чем же это я таком пишу в дневнике! :) Остался ты, дурачок-опер, опять с носом, нет там нового ничего!.. И хорошо, что я успел ухватить блокнот и вынести с собой в баню!..

15.2.18., 7-10
Проклятая страна! Оказывается, в этой 19-й, когда спускаешь воду в унитазе – она вовсю хлещет из сливной трубы, уходящей в стену. Сейчас только обнаружил. И попробуй добиться сантехника!..

14-41
Очередной шмон. Перед тем, как ввалиться сюда, заглядывают в «глазок» – и один из них говорит: «Там опять этот!..». Заходят – и спрашивают, почему меня опять спустили сюда (из 39-й). То бишь, исполнители не знают, но тот, кто их посылает – знает, что шмонать надо именно меня, в какой бы камере я ни был…
Утром спросил – и ни сантехника, разумеется, до сих пор, ни – уже второй раз за эти дни – пены для бритья…

16.2.18., 10-51
Очередной шмон – на сей раз «плановый» (и не только у меня). Гораздо более тщательный, чем обычно (и – у меня после всех прочих, как бывало и в Перми, – это о многом говорит). Два ублюдка: молодой в перчатках методично обшаривал все ящики с продуктами, все баулы и сумки; постарше – стоял и долго, тщательно, методично обдирал с моего блокнота флаг УПА, – нашел-таки!! :)) Два с половиной года, с лета 2015, держалась эта наклейка – и вот…
Потом торопить этих работничков пришел их начальничек – отвратительная мразь в синем мундире, та самая, что переселяла меня из 19-й в 39-ю. Молодой сучонок тотчас доложил ей, что нашел у меня целых ЧЕТЫРЕ ложки, ужас какой!! Хорошо, что три своих я уже успел убрать в пакет, четвертая – казенная. Как только чмо в синем мундире начало вякать, что, их надо на каптерку, а в камере можно только одну – я отдал ему казенную и приготовился к драке за остальные. Это чмо мне заявило (на мой вопрос), что количество ложек в камере якобы прописано в ПВР, а когда я дал ему в руки ПВР – тотчас съехало, что не в ПВР, а в «нормах довольствия» (довольствия казенным барахлом – а ложки-то мои личные!). Драться не понадобилось: эта мразь сказала забрать казенную, что я отдал, а прочие – мол, заберем в следующий раз. И ушли. Итого, потери мои за этот шмон (давно уже не бывало шмонов с потерями): казенная ложка и флаг УПА на блокноте. Что ж, это можно пережить.
А до этого еще, во время проверки – стычка с какой-то из этих мразей насчет того, что якобы запрет на радио с флешками и USB прописан в ПВР. Зову в камеру, даю в руки ПВР – тупо листает и ничего не может там найти. Остальные его торопят – мол, сейчас проверка, пошли, – и так это чмо выпутывается из ситуации и уходит.
Мерзко, отвратительно, хуже любой выгребной ямы. Мочить, расстреливать, жечь всех этих мразей!.. Похоже, я поторопился, написав всем, что явного «заказа», как было в Перми, на меня нет. Обыск с цеплянием к ложкам и флажкам – не знак ли появления теперь этого «заказа»?
Убивать, убивать, убивать!!!

P.S. Под конец шмона кто-то из них (по поводу ложек) так и сказал: если не написано, что можно, значит, нельзя. Они всерьез исповедуют этот принцип.

19.2.18., 16-12
Понедельник. После обеда – очередной вызов по поводу ответа на жалобу Землинского о письмах: чтобы ответить ему на жалобу, им надо, видите ли, мое разрешение на разглашение Землинскому моих персональных данных (каких??!). Написал; и – точно так же, как и две недели назад, этот «соцработник» ведет меня назад в камеру – и тут появляется шмонобанда! Всё точно рассчитано у этих мразей; и даже рыла в шмонобанде те же самые! С одним из этих ублюдков, самым здоровенным и мордатым, я на сей раз слегка сцепился на тему о том, должен ли я «благодарить» их государство за то, что оно меня «кормит» (вонючей перловкой и сечкой!), или же лучше было бы сбросить на него ядерную бомбу. Долго они не рылись, ушли – ясное дело, больше ни к кому не заходя. Т.е., их посылают шмонать именно и целенаправленно меня; а кроме того, есть еще и «плановые» шмоны - по всему этажу. Ушли мрази – и тут же дернули меня в баню; хорошо, что блокнот уже с утра, как только я услышал в коридоре слово «баня», был при мне. И на этот раз в баул вроде не лазили.
Вчера, на четвертый (!) день, таки пришел сантехник, вбил поплотнее трубу, чтобы стык не протекал. Дуть с окна, слава богу, вчера днем на время перестало, можно сосредоточиться на своих мыслях, а не на отогревании ледяных рук и ног. Никто, как видим, так ко мне и не едет; в последней почте (пятница, 16-е) – письмо через Майсуряна от Горильской, где она приводит слова Глеба в фейсбуке: мол, взяв уже деньги на поездку (но не у нее, – у Феликса, видимо), Глеб время от времени говорит, что поехать они не могут – слишком далеко и долго. Т.е., они, похоже, и не собираются вообще, я зря их тут жду… :(((
КаРФаген должен быть разрушен! Всех, кто носит в России погоны, надо убивать! Мне осталось 637 дней.

20.2.18., 20-15
Утром (! – обычно после обеда) принесли электронные письма – Феликс, Полина Кузьмина, Елена Эфрос. Феликс пишет, что он дома у меня посмотрел в моей черной сумочке – она пуста! :( Мать еще в 2016 (?) писала мне, что в нее сложила все мои ценные вещи. Цепочка – буреполомская, из нихромовой проволоки, ручной работы, – перстень, четки агатовые, почти новый бумажник, м.б., что-то еще – всё, видимо, теперь пропало. Какая сука там лазила, кому всё это понадобилось? Кольца матери были хоть золотые, А тут – нихром, мельхиор… Страшно жаль этой потери. Цепочка эта для меня была памятью о первом сроке…
Прислал Феликс и черно-белое фото той медали (он уточняет, что это именно медаль), которой меня наградили заодно с Политковской, Немцовым и пр. Ерунда ужасная. Портрет Сахарова выбит – кто его узнает, кроме посвящённых? Ужасно неудачная затея с этой медалью. И – я угадал верно: Феликс пишет, что ее ввели только в этом году! Ну да, и сразу вручили всем покойничкам с 2000 г. (Домников). Глупо. На мой взгляд, дурацкий вид этой медали и ее частный статус (учредитель – лично Винс) сможет оправдать лишь то, что, как писал мне Феликс еще в прошлом письме, сделана она из золота и платины.

22.2.18., 20-28
Традиционный уже шмон в традиционное время – после обеда, где-то полтретьего. Именно в это время через открытую дверь старший вертухай мне сообщает, что приехал адвокат! Ну наконец-то, слава богу…
Мрази пошмонали лениво и недолго, быстро ушли. Меня вывели напротив, в кабинет-закуток для адвокатов. Зашел – не было еще трех часов. Просидел там ЧАС с лишним – никого!! Завели обратно в камеру, сказали, что когда она (Ростошинская – было уже известно, что это она) придет, то выведут еще раз. В это время, оказывается, принесли мне еще и письмо от Землинского, где тот пишет, что Рома Качанов в фейсбуке отчитался о поездке к Клыху! Ну да, тот ближе в Челябинской области, – а ко мне Рома никак не соберется… Да еще вчера было электронное письмо от Крюкова – большая радость для меня!
Короче, Маргарита пришла только около полпятого. Я угадал: она опять, как и в декабре, бодалась со здешним начальством, которое ее не пускало. Оказывается, вышел какой-то новый закон о праве адвоката проносить телефон на свидание в тюрьме – и она хотела пронести, а ей а не давали. Два часа стояла она там на входе, настаивала, звонила во все УФСИНы, прокуратуры и т.п. – и все-таки добилась, пронесла! :) Записала видео со мной, где я отвечаю на ее вопросы по условиям содержания, – начальнички, следящие через стекло в двери, врывались и пытались ей запретить, но не смогли. Но уж когда она хотела меня еще и сфотографировать – не позволили, влез здоровенный громила и закрыл объектив пачкой листов А-4. Да еще и настаивал, чтобы она удалила видео – тогда, типа, ей разрешат снять меня в коридоре, на фоне стены, как в тот раз. А во через решетку (которая в этом закутке) – низ-з-зя снимать! Мало ли, выложит еще где… То бишь, держать за решеткой они меня не стесняются, а вот чтобы в интернете появилось мое фото за этой их решеткой – стесняются ужасно…
Хорошо посидели, поговорили, не до пяти, как я боялся (завтра же – «праздник»), а до седьмого часа даже. Глеб, по ее словам, мое письмо получил, опять спрашивает о размерах одежды, носков и т.д. Сама она, как оказалось, еврейка, по женской линии, по крайней мере, легко могла бы уехать в Израиль, но – не хочет, а так и не понял, почему. Зато она заинтересовалась моими предками и поисками еврейских корней, которые я считаю безнадежными, – обещала попробовать заинтересовать этими поисками свою мать (не знаю уж, реально ли это). Передала от Феликса – в ответ на мою просьбу узнать, еще на свиданке – что вроде бы Харьковская правозащитная группа согласилась издать мой «Буреполомский дневник», во что я пока что не могу поверить. Фотографий никаких, о которых писал Феликс, правда, Марго не привезла и даже не упоминала о них (а я забыл спросить). Самое прелестное: мое запечатанное письмо, еще 9 января ей по ее же (декабрьской) просьбе посланное, она так и не получила! Эти мрази просто не послали его… И – грустно, но говорит, что плохие отношения у нее не только с нынешним и.о. начальника тюрьмы, но и с адвокатской палатой в Саратове, хотя она – четвертое (!) поколение адвокатов в своей семье, нынешний глава палаты – ученик ее прабабушки!! Охренеть… Тем не менее – защищать ее палата не будет, а потому подставляться и рисковать статусом адвоката она очень боится и не хочет.

23.2.18., 17-56
В 11-м часу повели-таки в баню, второй раз за неделю. Чистого постельного белья опять нет. В баул без меня вроде не лазили, все мои метки на нем не тронуты. После бани как раз принесли вдруг свежие «НоГи», две штуки. Из них узнал подробнее то, о чем уже вчера читал в письме Землинского: 7-го февраля в Сирии американцы разбомбили колонну бронетехники, где – кроме асадовцев – были и русские бандиты-головорезы из так называемой «ЧВК Вагнера» (ширма для профессиональных вояк-убийц из МО РФ). Говорят о числе трупов от 200 до 600!!! – но официально признается гораздо меньшее количество, 13, что ли. :)) И – на тех же днях грохнулся через две минуты после взлета из «Домодедова» самолет «Саратовских авиалиний», летевший в Орск – по разбросу обломков и кусков тел на 30 гектаров (!) ясно, что на борту был взрыв, но москали официальные, конечно, этого не признают, – максимум, говорят, был взрыв на земле от удара о землю. :))) Погибли все – 65 пассажиров и 6 членов экипажа. Я страшно рад обоим этим происшествиям, – у вас, блядей, сегодня «праздник» 23 февраля, День Оккупанта, а у меня – вот это вот, когда я узнал подробности о том, как вас стреляли и взрывали! Так вам, всей вашей сучьей стране, всему этому быдлу в погонах и в штатском, и надо; чем больше вас взорвут и разбомбят по всему миру – тем лучше, так вам и надо, свиньям, за мою исковерканную, поломанную жизнь – и не только за мою!..
По утрам здесь в окно бьет солнце – уже вполне весеннее, яркое, радостное. Живо напоминает мне детство и юность, – в квартире у нас тоже окна выходили на восток, тоже с февраля по сентябрь-октябрь утром в них било яркое, счастливое, так много хорошего в жизни обещавшее солнце, особенно весной, в феврале, в марте… Если б я, дурак, в 2006 г. нашел в себе силы отказаться от вот этих утренних ярких восходов в окне, привычных с детства и державших, как оказалось, посильнее магнита, и переехал бы к Ленке (а ведь она звала, настаивала, и родители ее были не против) – м.б., не был бы в марте так позорно арестован, не покалечился бы, грохнувшись с четвертого этажа, вся жизнь могла бы сложиться совсем по-иному…

26.2.18., 7-07
Понедельник. С подъемом эти твари запоздали сегодня больше чем на полчаса – зажгли свет, когда баландеры уже гремели на этаже бачками с завтраком (перловкой, уже который день). До этого, в положенное время, вырубили ночник – и некоторое время я сидел/лежал в темноте, – какое блаженство! Опоздать с отбоем для этих свиней – дело привычное, но вот с подъемом – это большая редкость, увы.
Выходные тянулись бесконечно, тоскливо, мучительно, особенно суббота. Делать было абсолютно нечего, только ходить туда-сюда и без конца повторять одно и то же: «Жизнь прошла…». Читать заново старые письма, или мусолить дурацкую книжку, которая никак не идет у меня. Впрочем, сегодня обещали разнос новых.
Будет ли сегодня шмон после обеда, как обычно? Если будет, то я, конечно, напишу здесь об этом :) . Впрочем, самое отвратительное и мерзкое предстоит с утра в четверг 1-го марта: опять выцарапывать магазин, просить, напоминать, бесплодно ждать… Припасы меж тем кончаются, завтра утром завтракать уже нечем.. :((

15-59
Как в воду глядел!! :))) Ровно в полтретьего – идут!! Трое ублюдков, из которых один – тот же, что и в прошлые разы, уже их хари я запомнил. Повытаскивали всё из баула, даже не снимая его со второго яруса, порылись, ушли. Я подсчитал по записям в блокноте: за февраль, короткий месяц, было уже ВОСЕМЬ шмонов, из которых лишь один – по всему этажу («плановый»), остальные – лично у меня! Суки, мрази, ублюдки! И тех, кто придумал эту давильню постоянными шмонами и посылает ко мне, и тех, кто идет и шмонает – мочить, убивать, отстреливать без всякой жалости! О, как бы я хотел делать это лично! Убивать, убивать, убивать!!.
После этого вскоре погнали в баню, – я раньше среды и не ждал. В баул тем временем вроде и не лазили, все метки целы, но – стопка газет на окне лежит явно не так аккуратно, как кладу обычно я. Всё же побывали? Банщик-зэк из хозотряда по фамилии Иванов (чуваш или что-то типа того), который совмещает баню с библиотекой (вспоминая о последней очень редко), обещал принести свежие книги сегодня часов в шесть вечера.

20-05
Разумеется, никаких книг никто не носил. Опять обман и брехня. Вот так у них, мразей, всё. Шмоны, поминутные заглядывания в «глазок», сечка с перловкой, щелястое окно в одну раму – это пожалуйста. А книги – это нет, на книги им просто плевать!..

28.2.18., 7-01
Опять эти демоны проспали подъем, на целых 18 минут! :)) Пришли включать свет, когда уже погасили ночники. Не очень-то они радеют к службе, если не считать шмонов у меня каждые три дня и заглядывания ко мне же в «глазок» каждые три минуты.
На улице со вчера, особенно ночью – опять дикий ветер, чуть не ураганный. В камере, соответственно, дикий холод. К утру ноги замерзли даже под одеялом, да и в голову тоже порядком дуло. Жрать практически нечего, вчера за весь день поел только в обед, и то – без ячки на второе, только котлетку, картофельный салатик и суп (перловый). Остальное – перловка, перловка, перловка, на завтрак и на ужин, и ужасная эта рыба опять. А сегодня с утра – овес. Короче, почти уже околеваю тут с голоду…
Зато – после обеда вчера праздник: наконец-то письма! До вечерней проверки отвечал на них, успел всем ответить. Одно бумажное от Землинского, остальные – электронные: Кузьмина (2 + фото ее кота Лео), Эфрос (у этой тоже кошки живут всю жизнь! :), Горильская и Крюков. Эти последние пишут самую интересную новость: 24-го встречались с представителями Харьковской правозащитной группы (да еще Наталья пишет – с МОИМ харьковским знакомым, хотя я там сроду никого не знал!), обо всём, типа, договорились. Очень интересно, о чем же именно, если не об издании ХПГ моего «Буреполомского дневника», что действительно было моей идеей – и я уже слышал, что вроде они согласились. Но Н. и С. пишут так многообещающе, как будто там еще о чем-то речь…

14-40
Я ждал завтра, а они приперлись сегодня! :))) Ровно в полтретьего – опять шмон, те же трое ублюдков, что и обычно. Разрыли, свиньи, весь мой баул, повытаскали из него абсолютно все пакеты с вещами.
Итак, это рекорд. ДЕВЯТЬ шмонов за короткий месяц, 28 дней; из них – только один «плановый», восемь – лично у меня. При том, что я сижу один и практически никуда, кроме бани, не выхожу…

15-15
Записал про шмон, хотел пить кофе – выключена розетка! Пока дозвался вертухая, потом их ублюдка-«старшего», который сказал, что ее выбило, и включил, – пищалку для их вызова они тоже выключили, пришлось, как в Перми, долбить кулаком в дверь. В итоге – нервы взвинчены не просто до предела, а запредельно. Когда же, когда, наконец, всё это кончится?! Бить, стрелять, мочить, убивать всех этих мразей в погонах!..

2.3.18., 10-33
Разумеется – никакого магазина, второй день! Вчера там – якобы – никто не отвечал на звонки. Зато сегодня с утра – плановый шмон по всему корпусу. Только что ушли от меня, – сперва вперлось пятеро ублюдков, потом осталось четыре, но реально рылись всего три – для четырех тут работы нет! :))))) Из баула вытащили почти всё, а вот сумку с посудой и прочим барахлом под столом – не заметили вообще. :)))) Свиньи грязные, будьте вы прокляты!
Итак, магазин – дай бог в понедельник. Жрать будет уже совсем нечего, ситуация становится критической. Завтракать уже и так нечем – два «Марса» осталось, сегодня я не стал есть. И – дикий холод все эти дни в камере, просто чудовищный. Ураганный ветер за окном и, видимо, мороз, – вся камера выстужена, я сижу в ней, как в промышленном холодильнике. Вчера наконец принесли газеты и книги. Но – отрываясь от чтения – все равно мучает временами эта мысль: ради чего я мучаюсь, ради чего??.

3.3.18., 18-01
На удивление, магазин все же состоялся, до обеда еще, – просто повезло! Боже, какое же это наслаждение – хоть один раз в день поесть как следует, досыта!.. Магазинщик предупредил меня что у молочной колбасы накануне, 1 марта, истек срок годности (я взял все равно) – и забыл, видимо, что у сосисок-то он истек еще 24-го февраля!.. :)) Хоть одна забота, что нечего жрать, до 15-16 марта упала, как гора с плеч.
Чудеса продолжились сегодня утром: пену для бритья принесли практически сразу после проверки, на которой я попросил ее принести. Да плюс – со вчерашнего дня прекратился ветер на улице, в камере стало несколько потеплее все равно холодно). Никак, жизнь налаживается??! :))))))) Но расслабляться, конечно, рано, эта иллюзия, что жизнь налаживается, в неволе всегда предвещает какие-нибудь неприятности. В частности, нет сомнений, что в понедельник (послезавтра) в полтретьего опять припрется шмонобанда…
И – как апофеоз счастья – вчера после обеда куча писем, почти все электронные: от Эфрос, Полины Кузьминой, Натальи, Мананникова (первое, проверка связи) и – наконец-то от Веры. Мое письмо от 31 января она, разумеется, не получила, а я не получил ее, которое она после свиданки писала мне. Самая важная новость – вот только не помню, Наталья или Вера ее пишет, но, кажется, все же Наталья, – что Рома теперь обещает приехать ко мне в конце марта. Свежо предание, да верится с трудом. Еще интересное пишет Вера: что на этом награждении медалями 31 января меня и упоминать-то не хотели, и если бы Вера с Феликсом не напоминали, не писали в жюри записки и не посылали бы Свету Сидоркину этому жюри обо мне напомнить – меня и не упомянули бы! То бишь, замалчивание даже там, даже с уже присужденной мне медалью, т.е. – вроде бы признанными заслугами. Интересно, что сказал бы об этом Винс, если бы знал…

5.3.18., 16-09
Ублюдки, мразь… Точно, как часы: ровно в полтретьего – идут… Очередной шмон; те же самые три поганые хари, и вытаскивают опять, в который раз, те же самые полотенца из банного пакета, те же пакеты с носками, с туалетной бумагой… Не дорывшись до конца – уходят: знают ведь, что ничего нет. Ух, суки, так бы и скосил вас из автомата!..
С утра заказывали кого-то в баню, блокнот держу при себе, за поясом сзади. Но долговязая жлобина из шмонобанды на этот раз его все же нащупала, велела показать. Это очень плохо, – тщательность их поисков увеличивается. Другая мразь залезла по отсекателю до самого потолка – посмотреть, нет ли там, наверху, чего… Так вот, с утра заказывали в баню, а в обед вдруг отключили воду! Хорошо, что у меня пять бутылок по 1,75 л. запасены - именно на случай отключения. Без воды – думаю – какая баня теперь? – и выложил блокнот. А тут – после обеда, но до шмона еще – опять кого-то в баню, слышу, ведут. Недоумевая, пихаю блокнот за спину опять. И только когда пришли заказывать меня, объяснили: горячая вода есть, а холодной – еще в обед спросил – нет, город ее отключил. Ясно, что без холодной – это мыться кипятком, там и так все время приходится просить сделать воду похолоднее. Заказали меня, сижу, жду, даже за кофе не берусь, а время идет. И вот, приведя соседей, эта чума подходит и говорит мне через дверь: нет, мол, не пойдем в баню, там очень горячо, вы не выдержите. (На «вы» заговорили наконец-то, суки!) До завтра, мол, завтра пойдем. То бишь, теперь эта морока с ожиданием бани и с прятаньем блокнота еще и завтра – а я-то думал завтра хоть слегка расслабиться, отдохнуть… Да еще – дадут ли и завтра-то воду холодную? До сих пор ее что-то нет.

8.3.18., 7-10
Свет вчера в подъем включили плохо, он не зажегся, зато ночник опять не гасили весь день. Ночником и светом из окна я прекрасно обходился весь день. Утром принесли газеты, ближе к обеду – письма, от Горильской, Шведовского и Гудзенко. Главная новость: Феликс таки дозвонился до этих Бабкиных по телефону из записных книжек моей матери. Оказалось, что старший Бабкин, двоюродный брат матери, умер еще в 2015 году! А мать и не знала ничего… Хоронили его не на Ваганьково, а, видимо, там, где похоронен его отец (не знаю, где именно). Бывшая жена его, с которой говорил Феликс, обещала обо мне сообщить всё своему сыну, моему троюродному брату, которого до этого Феликс безуспешно пытался разговорить «В контакте». А заодно сообщила, что есть и еще один троюродный брат – видимо, внук Виктора Славутского, старшего брата моей бабушки. Но, в общем-то, уже понятно, что на этом всё моё знакомство с родственниками и закончено. Покойный двоюродный дядька меня хотя бы лично видел, знал и помнил, хоть и не общался с матерью моей аж с 1990 года. А этим, молодому :) поколению – такой родственничек, как я, да еще сидящий в тюрьме, задаром не нужен, это ясно. Что ж, жизнь я прожил без них – и дальше обойдусь как-нибудь.
Про Рому Феликс пишет, что у того в конце марта в Москве какое-то мероприятие – и заодно он из Москвы слетает ко мне. А иначе никак. Что ж, дай бог, чтобы хоть так он прилетел.
620 дней мне осталось. Полное ощущение по утрам, что жизнь непоправимо прошла, всё кончено, наступила старость. Да и не только по утрам… Абсолютно не вижу, для чего или кого мне жить дальше, увы.

10.3.18., 14-02
Очередные Пат и Паташон: два ублюдка из «саратовского управления». Один – здоровенный пучеглазый верзила (харя его мне знакома – кажись, в январе он тоже приезжал). Второй – маленький. «Вопросы?» Когда я сказал, что забрали радио – верзила тут же ответил, что, мол, положено только без медиаплеера (что вранье!). То бишь, идя ко мне, уже знают всю подноготную: не только, что забрали радио, но даже – какое именно оно было, с медиаплеером или нет. На том и удалились, ни слова не записав. На кой приходили?..
Осталось мне 618 дней. КаРФаген должен быть разрушен. Всех «силовиков» в РФ надо убивать беспощадно.

12.3.18., 20-31
Понедельник. Поразительно, но сегодня ублюдки шмонать меня не пришли, хотя я ждал их, был уверен… Неужели кончилось всё это? Неужели подействовала угроза, что я написал в письмах Вере и Е.М. Эфрос на днях? О, не надо торопиться! Будет очень забавно, если они припрутся завтра-послезавтра…
Весна. Яркое солнце по утрам в окно, высвечивающее все щели этого окна. Не удивительно, что я околевал тут всю зиму!.. Тоска, бесконечная смертная тоска. Проклятый этот, бесконечный срок, когда же он кончится?!. Засадили, суки, ублюдки… И нечем, увы, абсолютно нечем им отомстить!.. :(( 88 недель еще осталось, 616 дней. Это никогда, это еще чудовищно долго. Да и – на воле идти теперь мне некуда и не к кому, матери нет, вся моя прежняя жизнь поломана, разрушена… В камере стало потеплее, но все же еще мерзну порой, особенно ноги, если сижу. Думаю, пытаюсь представить: в чем именно окажется профанация с моим буреполомским дневником, который взялась (согласилась) издать Харьковская правозащитная группа. Ведь нормально, без подвоха, без обмана – в моей жизни не бывает ничего. Выхолостят ли они мой дневник, уберут ли оттуда всё моё отношение к описываемому? Это скорее всего. Или же вообще какую-нибудь жалкую, мизерную вытяжку из него напечатают, 1/20 часть от общего объема? Или тираж будет 10 экз.? А м.б., всё это сразу. Но чтобы мне удалось опубликовать книгу НОРМАЛЬНО и нормальным тиражом – в это я теперь категорически не верю… :(((

13.3.18., 14-45
Недолго музыка играла… Полтретьего – опять шмон! Аж целых четыре ублюдка – те же самые три хари + один новый. Всё размотали, суки: из-под стола выволокли пакет с посудой и повытаскивали из него половину вещей; со шкафчика сняли коробку с продуктами; из баула выволокли опять те же несчастные два пакета – банный и с туалетной бумагой… Один из ублюдков – уже не первый раз – при входе и выходе громко орал: «Извиняемся за доставленные неудобства!» (разумеется, это глумление, а не извинения). Новенький ублюдок нашел в кармане телогрейки мой блокнот – и погрузился в чтение… Мрази, ублюдки, тупые свиньи!!! Головы бы вам отрезал своими руками! То бишь – политика постоянных шмонов у меня продолжается, письма не помогли, что делать – непонятно…

15.3.18., 7-00
Вчера был шикарный день: ублюдки почти не заглядывали ко мне в «глазок», всего раза два-три за день. Видно, были заняты чем-то более важным. :) Вот бы так всегда, все оставшиеся мне 613 дней!..

18-15
Бурная подготовка к «выборам президента» 18-го числа. Целыми днями в коридоре только и слышны слова «голосовать», «президент» и пр. Вертухаи активно троллят друг друга предложениями голосовать за Собчак. :) На днях уже массово – сразу целыми камерами – выводили уголовников писать заявления об участии в «выборах», а вот только что, после ужина, прошли тут по всем камерам, раздавая, как я понял из разговоров, список «кандидатов в президенты», дабы зэки его выучили (?!) и знали, за кого им голосовать. Сдуру открыли было и мою «кормушку», но спохватились – «а, он не голосует!» – и ушли. :) Всё это делается и говорится таким серьезным тоном и с таким видом, как будто и впрямь будут 18-го настоящие выборы и от того, кого уголовник отметит в бюллетене, реально что-то зависит…

18.3.18., 7-06
Воскресенье. Сегодня очередные «выборы» Путина, в четвертый раз. Быдло торжественно идет на участки – изъявлять свои верноподданнические чувства. (Не сомневаюсь, что и по всей стране быдло троллило друг друга все эти месяцы голосованием за Собчак точно так же, как и здесь, – ее одну, кроме Путина, миллионы быдла знают еще по «Дому-2»). В том числе и тюремное быдло, разумеется, как вертухайское, так и зэковское. Участки, разумеется, никто не поджигает и не взрывает (как надо было бы) – о нет, они надежно охраняются! Всё предрешено заранее. Всё обусловлено. Кроме массового террора против всех «силовиков», а если быдло этого делать не хочет – то безжалостных бомбежек его, быдла, городов и сел, травли их как крыс и тараканов – для этой страны не может быть никаких рецептов.
Дырявые камуфляжные гондоны сегодня опять опоздали с подъемом – минут на 20! :))) Между прочим – с ума сойти, но если на Всесвятской я спал по два часа за ночь, а то и вовсе не спал, то здесь – сплю по ПЯТЬ часов подряд! (Не каждую ночь, конечно.) С пол-одиннадцатого – и до полтретьего, где-то так. Вот что значит – успокоились хоть немножко нервы, нет больше этого ужаса ожидания – как я поеду на этап, как поволоку вещи, как буду сидеть в одной камере со злобным быдлом и лазить на второй ярус… Всё это уже было, но – не факт, что это был последний этап. Не хочется даже думать о таком – но с них станется отправить меня на последний год куда-нибудь в другую тюрьму, в тот же Минусинск…
Электронные письма приходят почти всё время по графику: вторник и пятница, накапливаются, если, не дай бог опять этап – дополнительно к весу баулов будет огромная пачка листов А-4 с текстом. Зато, слава богу, общение с Натальей Г. сильно упростилось и ускорилось. На днях они с мужем на три недели уехали опять в Европу. Но – по словам Натальи, в Харькове за издание моего дневника с нее берут деньги! Вот тебе и издательство… И – наверняка из огромного, за три с лишним года, текста сделают жалкую выжимку, страниц на 200-300. Сомневаюсь, надо ли вообще соглашаться на такое издание. Ведь другого – при моей жизни, по крайней мере – уже не будет, стоит ли соглашаться на заведомую профанацию?
Со шмонами вроде стало чуть полегче – их пока было всего три за полмарта уже. Между прочим, официально шмонобанду здесь называют «обысково-манёвренная группа» :))) . Если утром по громкой связи в коридоре объявляют: «Участникам обысково-манёвренных групп собраться там-то в девять часов», – значит, сейчас будет шмон, пойдут «маневрировать» по чужим баулам. Последний раз такое объявление было в пятницу, 16-го, с утра, но – ко мне шмон не заходил. М.б., шмонали тот, второй корпус, не знаю. Но завтра, в понедельник – ко мне персонально припрутся наверняка!..
В камере не особо холодно, но – настоящей весны пока нет. Вчера шел снег, была метель. На душе злая тоска, отчаяние, пустота… Еще одна весна в неволе, лучшее время года – апрель. Когда же это наконец кончится? 610 дней осталось, ровно 20 месяцев, сегодня «нулевой день». А что дальше? Как я буду жить на воле, смогу ли уехать в Украину без документов? Дикая тоска от этих мыслей, от осознания, что нет у меня перспектив, от мысли, что время мое прошло – и прошло оно зря…
Послезавтра начинаются 20-е числа – тот самый «конец марта», когда надо ждать Рому, да и Маргариту тоже. Она-то, надеюсь, приедет, а вот Рома? Наталья пишет, что вроде на конец марта он из Москвы обещал слетать ко мне (другие тоже мне это писали), но – видно, что ему не очень-то хочется…

9-58
Голосование из положения «лицом к стене». :))) Приводят на этаж, ставят мордой в стену, по двое велят подходить к столам, вытащенным из кабинета в коридор (видел их сейчас на проверке). Кабины – в кабинете, , из я тоже видел, когда водили писать объяснения про письма Землинскому в феврале. Мордой в стену – вот и впрямь символ их «выборов» и из чекистской «демократии»! Проверка, кстати, началась сегодня по такому случаю на час позже – с девяти утра. И даже радио в коридоре громко включили, чего никогда не было! :) Но сейчас радио уже опять замолчало.

19.3.18., 6-49
Позавчера водили в баню – чистого постельного белья опять не было! Спрашивал про это на трех проверках, 1 – позавчера вечером, 2 – вчера, – обещают, но так и не несут! Ну ладно, простыня одна есть, запасная, но – без наволочки спал вот уже две ночи подряд. Им плевать, этим ублюдкам, мразям, быдлу вертухайскому. Они только в «глазок» умеют пялиться, – сегодня с пяти до шести утра не спал, так три раза заглянули, хотя я лежал неподвижно – не отличишь от спящего!..
Понедельник. Сегодня 100% после обеда, в полтретьего, ублюдки придут меня шмонать. Ждем-с!.. :)) Напишу тогда здесь об этом. О, с каким наслаждением я убивал бы их всех лично, своими руками!..

15-01
Шмона нет, но есть в 1000 раз более неприятное. В начале третьего выдернул к себе вдруг опер Степанов – тот, что, по-видимому, и лазит по моему баулу, опер этого корпуса. Показал мне – сегодня ему факсом пришло из следственного комитета г. Невинномысска, Ставропольского края, поручение опросить меня. Оказывается, еще 15.6.2016 на каком-то Билокуринском портале Луганской (?) области повешен был мой текст, озаглавленный цитатой из него же, так что я не сразу понял даже, о каком тексте речь. Сам я в это время был в ЕПКТ Пермского края, в одиночке. То есть, алиби полное – но в 2015, увы, алиби тоже было – и не помогло… И вот этот следак из Невинномысска задает кучу вопросов: писал ли я этот текст, размещал ли его на вот этом портале, привлекался ли за него к уголовной ответственности, опрашивался ли кем-либо уже на этот счет, и т.д. Последний вопрос ясно показывает, что у следака нет вообще ничего – только текст, почти два года назад неведомо кем повешенный, я в тюряге – и, скорее всего, экспертиза текста, что он «разжигает» и тянет на 282-ю статью. То бишь – самое логичное было бы в возбуждении дела отказать. Но – почти нет сомнений, что дело они возбудят. Пришлют кого-нибудь лично – допросить меня… М.б., потом, видя мое алиби, закроют. В 2014 все-таки у них был лжесвидетель – мразь Гусев, сокамерничек – и мой дневник. Сейчас у них нет вообще ничего. В 2007-09 в Нижнем ведь так закрыли дело по распространению там «РП», не смогли ничего найти, ни на кого повесить! :) А ведь два раза приезжали меня допрашивать. М.б., помурыжат и отстанут и сейчас, за недостатком улик. Но нервы помотают. А уж если все же предъявят обвинение, пусть и самое бредовое, как в 2015 – всё, тогда еще год или два добавки мне обеспечены! :(( Опять будет 1000 с лишним дней до конца… Что ж, буду ждать до конца июня – если не проявятся до тех пор, значит, отвязались. Опять не буду по ночам спать, а ведь только на днях радовался, что аж по пять часов стал спать – вот что значит нервы спокойны! Увы, теперь, как в конце 2014, опять нервничать – что будет, смогут или не смогут намотать еще. Вероятность, увы, очень высока – по беспределу просто…

21.3.18., 15-37
Ровно (или почти) в три часа отпирают дверь. Думал – шмон опять. Нет, – зовут вдруг к врачу! Ничего не понимаю. Оказалось – из Саратова опять, как в январе, приехали специалисты (хирург, в частности) – и зовут меня среди прочих зэков на прием. Но в январе на обходе меня спрашивал фельдшер, надо ли мне это, – и я записался. А сейчас – никто ни о чем не спросил. Короче, я отказался. Смысла в их приемах и осмотрах нет никакого, их казенная медицина – такое же дерьмо, как и всё казенное в этой стране, а вот по вещам моим без меня полазить – вполне могут, с них станется…
Пришли вчера письма, в том числе от Феликса – и через него вдруг-таки письмо от Карамьяна, первое за пять с лишним лет и второе, кажись, – за десять с лишним. И – якобы сам он не может освоить ФСИН-овский почтовый этот сервис, поэтому пишет через Феликса. Всё это крайне подозрительно, как подозрителен и сам Карамьян. Гонит, как всегда пургу и туфту: якобы он уже предварительно договорился с Муждабаевым, своим старым другом по «МК», что тот после освобождения даст мне авторскую программу на своем канале, ага!.. :)) Вранье явное и откровенное, но – ЗАЧЕМ? Хорош будет телеведущий из меня – без зубов! Не говоря уж о том, что я и не умею… А как без загранпаспорта, но с надзором, в эту Украину выехать – он не пишет. Задал ему этот вопрос – посмотрим, что он ответит.
Из хороших новостей от Феликса – он нашел в квартире мои четки, а также цепочку и бумажник, но не уверен – те или не те. (Там была и другая еще цепочка, и другой, старый, 1994 года, бумажник.) Значит, всё же не всё моё прошлое кануло безвозвратно. Написал им всем – и Феликсу, и Карамьяну, и Эфрос, и Кондрахиной, и еще паре малозначительных корреспондентов – о возможной новой раскрутке и добавке к сроку, а еще в тот же день, 19-го, написал про это и Наталье, она должна была быть уже в Милане. Посмотрим, какая будет реакция, кто что скажет. Наталья сегодня должна была уже получить письмо, но пока от нее ничего нет. Самое мне необходимое сейчас – посоветоваться с Ромой, узнать его квалифицированное мнение, в политических делах он дока. Но ни его, ни Марго пока что нет, увы. Не дай бог, не дай бог намотают еще, суки! Похоже, я не освобожусь вообще никогда…
Сижу, читаю свежие газеты, их как раз сегодня принесли. Магазинщик пришел, на удивление, с первого зова, не понадобилось звать три дня! Оказалось, колбасы – равелата саратовского производства – ему привозят всего 10-12 штук! Я хотел взять десять – а в наличии осталось всего шесть! Добрал молочной колбасой – ее было девять штук, в сумме как раз на полмесяца. Приходится его просить, договариваться, чтобы оставлял мне, а то реально нечего жрать. Обещал прийти 4-го апреля – как раз сегодняшняя колбаса кончится, а он сказал, что на той неделе закажет еще – уже учитывая, что я 4-го возьму опять на полмесяца. Что ж, посмотрим, сдержит ли обещание. По крайней мере, на душе спокойно, что есть ужины на две недели.
Да еще – суки, из письма Кондрахиной изъяли все распечатки со стихами, что я просил ее прислать. Одно письмо, они в нем упомянуты – но самих распечаток нет! Суки, чем стихи-то помешали?!.

22.3.18.. 15-10
Приехал вдруг вместо Маргариты некий адвокат Смотров – местный, балашовский. Ну да, она была у меня ровно месяц назад – и вот прислала его, сказав, что нельзя больше тянуть. Молодец, срок в месяц она соблюдает. Пишет в письме, что увидит Рому и Глеба в Москве с 30 марта по 1 апреля и постарается затащить их ко мне. Боюсь, не выйдет из этого ничего… Феликс сообщает, что старые мои цифры заблокированы, так что с почтой, аккаунтом в ФБ и пр. и пр. – видимо, ничего не выйдет. :( Судя по их письмам – о новом деле в Невинномысске они еще не знали. С адвокатом я поговорил тоже о нем, он как раз раньше работал следователем в следственном комитете. Он затрудняется сказать, будет возбуждено дело или нет, с моих слов вроде видит, что против меня нет доказательств, но с другой стороны – смотря какое будет давление по поводу меня, да и прокуратура отказ в возбуждении может отменить. А дело, если возбудят, может, по его словам, так и висеть годами, приостановленное, в отсутствие обвиняемого.
Еще Феликс прислал адрес моего родственничка, но – не знаю, что написать ему, да и письма бумажные тут не доходят, я даже точно знать не буду – письмо ли не дошло, или он не захотел отвечать. Подожду пока.

20-38
Забыл еще: пока мы сидели в кабинете с этим Смотровым – никто из «мусоров» за дверью не стоял и через стекло за нами не следил! Значит, это только Маргариту здесь так плотно контролируют. Рому, надеюсь, тоже не будут.

26.3.18., 13-42
Перед обедом, часов в 12, выдергивают – и не говорят куда, суки! Оказалось – приехала ОНК, меня дергают по жалобе Землинского про письма радио и библиотеку. Мужик и тетка, обоим лет по 50. Мужика я спросил, не из «силовых структур» ли он, – нет, говорит, я индивидуальный предприниматель.
Это был тот еще цирк!.. Во-первых, про радио – сперва он, потом она – мне объясняли, что вот, мол, в ФЕДЕРАЛЬНОМ ЗАКОНЕ написано, что радио с USB и медиаплеером – ни-з-зя, ни в коем случае!!! Слова «федеральный закон» произносились чуть ли не с придыханием, таким тоном, что, видимо, я на колени должен был бухнуться, как верующий перед иконой. Но когда я спрашивал, в КАКОМ именно «федеральном законе» они это читали, – увы, начинали мяться, буксовать и быстренько съезжали с темы! :)) (На самом деле, кроме УИКа, ни в одном даже не упоминается.) Во-вторых, про библиотеку, – сперва этот «предприниматель» (наверняка бывший мент какой-нибудь) сидел и натужно «вспоминал» (выдумывал), то ли каждые 10, то ли каждые 14 дней должны носить книги – хотя всю жизнь и во всех тюрьмах их носят раз в неделю. А начальничек, который меня и выдергивал на этот «прием», по фамилии, кажись, Плаксин (не по воспитательной ли работе зам?) тут выдал такое, что я чуть не упал со стула: мол, тут вам не колония, НАПИШИТЕ ЗАЯВЛЕНИЕ на пользование библиотекой! Интересно, а на пользование баней или казенной баландой- не надо еще писать заявления? Скоро, видимо, окажется, что надо… Ну, и под конец, когда я описал свою ситуацию: только газету и почитаешь, а остальное время – без радио, без книг – сидишь и сходишь с ума, – тетка выдала: ну, тут есть школа (в тюрьме), пусть вас возьмут туда учиться. :)) Не знаешь, плакать, смеяться или материться, слыша такое… Кстати, присутствовала толпа начальников в кабинете и всё снималось на камеру, не на регистратор.
Сказал я им еще и про холод всю зиму в камере, про то, что должны быть две рамы, а не одна рассохшаяся, – причем эта дура опять продемонстрировала свой подход, спросив: вы хотите ТРИ рамы, да? В общем, заранее ясно, что это за ОНК и что толку от нее не будет никакого. Мне вполне достаточно было еще при первой встрече слов Ростошинской, что ОНК тут на 100% за администрацию, потому-то, собственно, ни Землинского, ни кого другого я и не просил туда обращаться. Он решил проявить инициативу. Ну что ж, я ему отчасти даже благодарен за это. Чтобы услышать про «заявление на библиотеку», стоило проделать весь путь сюда из Перми…
Немного отвлек меня их визит от грустных мыслей. В самом деле: делать абсолютно нечего, газет нет, письма только завтра (во вторник). Уже второй день (да что там – неделю!!) схожу с ума, мучительно думаю, прикидываю, гадаю: намотают мне еще по этому невинномысскому делу – или не намотают? Смогут по беспределу оформить, как в 2015 – «передал неустановленному лицу неустановленным способом в неустановленное время», или нет? Будут искать всех моих сокамерников и тех, с кем я сидел на бараке и в СУСе в Перми в 2014-15, чтобы они подтвердили, как мразь Гусев в 2015, что «видели» у меня тот текст, или нет? Сейчас, конечно, это будет сделать, сплести и оформить, гораздо дольше и сложнее, чем было в 2015. Но – куда им, служивым, торопиться? Они на работе, на зарплате, время у них казенное, финансирование, оплата командировок и пр. – тоже. По 282-й ч.2 могут года четыре (она до пяти) дать, из них годика два прибавить к остатку прежнего срока – запросто! Вместо 45-ти выйду уже в 47… Вообще, честно говоря, я думал, что все самое худшее, что могло со мной случиться, уже случилось: мать умерла, сроку в 2015-м добавили, на крытую запихнули… Но нет – оказывается, это всё ещё не самое дно, снизу опять стучат.. :((

27.3.18., 14-57
Опять шмон. Давно, видать, не было. Так сказать, возобновление традиционных послеобеденных шмонов. Чуть позже полтретьего – два уёбка с фонариками, те же самые, рыла их уже хорошо знакомы. Разрыли, свиньи, почти весь баул (да еще вниз со шконки его стащили), поразвязывали и побросали почти все пакеты, вытащенные из него. Ничего, естественно, не нашли. Шмонали, конечно же, как всегда, одного меня. Мрази. Выблядки сучьи, недочеловеки! Смотрел на них за «работой» и думал: ударить бы саблей по рылу наотмашь, вот бы кровища хлынула!.. Такие мрази не должны жить на свете. Убивать, убивать, убивать!..

28.3.18., 18-07
Куча писем наконец-то вчера после обеда! Мананников, Землинский, Эфрос, Кузьмина, Феликс + Карамьян, Наталья… Только и дышу, когда получаю тут эти письма. Новость о невинномысской возможной раскрутке, пишут, уже разнеслась по соцсетям, – что ж, хорошо! А главная – и единственная – хорошая новость – что Рома с Глебом вдвоем таки едут ко мне 30-го, послезавтра, ура!!! Хотя – Глеба не пустят, конечно. :( Но и один Рома, которого я не видел с Кизела, с 7 ноября 2017, – это счастье! :)))
А Феликс пишет, что так и не нашел дома у меня ни мою буреполомскую цепочку, ни перстень, ни даже бумажник. Только четки – вот и всё, что осталось мне на память от прежней жизни… :( Наталья сообщает, что Ростошинская нашла еще какого-то адвоката – Светлану? – для регулярных поездок ко мне. Из местных, ясное дело. Что ж, очень хорошо. Карамьян передает приветы о Фрумкина и Тарасова.
Ровно 600 дней сегодня осталось – если не намотают еще. Теперь всё время эта оговорка… :(((

30.3.18., 16-08
Прошел великий день, были у меня наконец Рома с Глебом. Итог – полный ноль! :( Глеба всё же пустили со мной поговорить – через стекло, где свиданка с родными. Час мы беседовали с ним, а потом – часа три с Ромой, в том же кабинете здесь, напротив меня, куда всегда приводят адвокатов. За дверью стояли и пялились на нас аж ДВА ублюдка (раньше бывало по одному). Рома пронес с собой фотоаппарат, но как только достал его из футляра – один из ублюдков тотчас ворвался и стал запрещать ему меня снимать. Сам Рома тоже не являл никакого энтузиазма, – ездить ко мне ему тяжело, далеко, двумя самолетами с пересадкой – он не может, посадка на самолете для него физически слишком большая перегрузка; короче говоря, поездом из Москвы он готов ездить не чаще раза в квартал (т.е. в три месяца), и то – скорее когда по другим делам будет в Москве, чем специально ради меня лететь в Москву, а потом поездом ехать оттуда в Балашов. Тут – он тоже боялся, что он один, даже без поддержки Глеба, как его сейчас будут шмонать на выходе – неизвестно, и т.д., так что из всех моих планов, в которых я так на него рассчитывал, не вышло ровно ничего. :( [Примечание 2020 г.: имелся в виду план передать через него на волю хотя бы первую тетрадку с дневником, носимую постоянно в кармане, и письмо Бабкину, о котором см. ниже.] И на все мои вопросы – мол, как же мне быть и к кому еще обратиться, если не к нему – он отвечал: «Не знаю…». Насчет нового дела в Невинномысске – он считает, как и я, что вероятность плохого исхода процентов 40. Никаких знакомых во всем Ставропольском крае у него нет. В общем, что приезжали они, что нет…
А как только я зашел в камеру и сел есть – явился шмон, те же самые мрази, что всегда. В четыре вместо обычных 14-30. Ждали меня, суки! Опять повытаскали часть пакетов из баула, развязали их – и ушли. Уже пятый, значит, шмон за март, за 30 дней. Меньше, чем в феврале.

2.4.18., 14-32
Понедельник – и опять шмон! Как в воду смотрел… :) Даже полтретьего еще не было – прутся уже, мрази! Три ублюдка, из которых один – тот самый старый урод, что постоянно водит в баню. Но, как видим, и другой, грязной, работой тоже не брезгует, старая мразь!.. Пощупали матрас, один сунул рыло в пакет под столом банщик, как всегда, снял сверху коробку с припасами… Но в баул на сей раз эти выродки вообще не полезли, даже открывать его не стали! Поняли наконец, тупые свиньи, что ничего им в нем не найти!!! :))) И через три минуты уже свалили.
Похоже, кроме этих мразей и шмонов, писать тут будет не о чем. Кормят опять тем же дерьмом – перловка, сечка, ячка; макароны опять исчезли. Ждать, когда приедет следак из Невинномысска, когда намотают еще, когда этап – летом или осенью – и предвкушать, как там в СИЗО запихнут опять в камеру к уголовникам, – вот и всё, что мне остается. Тоска страшная, дикая… На улице опять дикий ветер, в камере холод, настоящей весны до сих пор нет. После никчемного визита ребят – что ж, отправил сегодня обычной почтой письмо своему троюродному братцу Бабкину. А что еще остается? Не во «Вконтакт» же ему просить кого-то закинуть. Но в том, что он и не подумает ответить, даже если это письмо и дойдет, у меня нет ни малейших сомнений. Да и хрен бы с ним!..

4.4.18., 8-35
Это просто п-ц… Вчера после обеда цензор принес письма – три обычных – и вернул мне мои два электронных: к Феликсу (ответ Троицкому) и Наталье. Говорит: мол, по техническим причинам интернет в тюрьме на пару месяцев (примерно) отключен, ФСИН-писем не будет, только обычные.
То бишь, я опять в изоляции, как было до конца февраля. Обычные письма тут – из трех отдают мне одно, не больше, я уже убедился. Естественно, мне тут же пришло в голову: не вранье ли это, что отключен интернет, не хотят ли это лично меня держать в глухой изоляции, без электронной почты, особенно ввиду возможной новой раскрутки?? Первое время я был в этом уверен, но потом подумал: а можно ли от посетителя их почтового сервиса на воле скрыть, что вообще в Балашове сервис почтовый работает, а просто мне одному врут, что он отключен? Ведь люди с воли жаловаться будут, что не могут мне написать… Не знаю в общем, и узнаю теперь не скоро – когда еще дойдут какие-то письма от тех, кто электронной почтой мне писал… :((
Еда кончилась, сказал на проверке про магазин, а с магазинщиком именно на сегодня договорились мы еще в тот раз, две недели назад, что он закажет колбасу для меня и 4-го придет. Ждем-с. Что-то у меня сомнения, что он придет… И – по идее, после обеда сегодня опять должен быть у меня шмон. :(

6.4.18., 14-33
Уже даже не шмон, а – чистый Гоголь: «Пришли, понюхали – и пошли прочь»! :)) Пятница. Ровно полтретьего – слышу, как они поднялись на этаж – отпирается дверь – заходят два ублюдка, один – со знакомой до боли харей . И лезет сразу в шкафчик с едой. Второй дошел до окна, покрутил башкой, спросил: ну, ничего нового не нажили? Я не стал ему отвечать, а он даже не потребовал встать, чтобы «досмотреть» меня, как обычно. Минуты не пробыли – ушли! :))) Ни в баул, ни под матрас – никуда и ничего! То бишь – разум, реальная жизнь (знают, что ничего у меня нет) всё же постепенно берут верх над тупой, злобной оголтелостью той мрази, которая посылает их сюда – шмонать мою камеру строго два раза в неделю. Потому что ясно, что делают они это по приказу а не по своей охоте. Теперь – придут в понедельник?

8.4.18., 7-32
Оказывается, сегодня пасха. Праздничек, мля… Я-то думал, она была 1-го, т.к. 30 марта были мне посланы несколько поздравлений с пасхой от малознакомых людей. Потом вспомнил: Землинский же писал мне, что 1-го – католическая, а сегодня, значит, православная. Собственно, я бы не вспомнил, но на завтрак вдруг суют в «кормушку» два здоровых кулича и один поменьше, два крашеных яйца и стограммовый пакетик чая!! Обалдеть!.. Конечно, куличи уже черствые (когда вообще они в пост-совке не были черствыми?), яйца – битые, из-под скорлупы точит белок… Но всё же. Вспомнил, как весной 2016 в Перми дали четвертинку махонького куличика – и всё, а тут… Не дали, правда, хлеба, – возможно, и дальше не дадут, на весь день вместо хлеба пойдут эти куличи. Не больно-то удобны они на бутерброды, но – ничего не попишешь…
Очень забавно: сегодня ровно неделя, как стоит у меня на столе пена для бритья. Брился в прошлое воскресенье – и они просто забыли забрать, не хватились. Два этих послеобеденных шмона приходили, две проверки каждый день – и не видят, а она стоит на самом виду! :))) Вот так они несут службу, соблюдают свои же запреты, идиоты несчастные, ничтожества!.. Что ж, пусть стоит, мне она не мешает. Если еще неделю простоит – к новому бритью не надо будет у них просить, это очень хорошо!..
Совершенно пустые дни, делать нечего. Ад в голове: намотают еще или нет? Все мысли только об этом… :((

9.4.18., 9-05
Сразу после проверки выдернул вдруг опять «соцработник» - фамилия его, оказывается, Курсик. Подпиши, мол, доверенность на оформление полиса ОМС, он непременно должен быть в деле, – на имя этого Курсика. А то вдруг, мол, заболеешь, надо будет в больницу (ага, как же! Если и впрямь надо – умирать будешь, не допросишься!..) Очень не хотелось, противно было это всё – но подписал. Зато у него узнал наконец поточнее, почему отрубили интернет: за неуплату!! :))) Бюджетное учреждение, блин! И теперь два месяца будут искать нового провайдера, заключать договор и т.д. С ума сойти, я сижу без связи с внешним миром! Еще этот Курсик интересовался, не может ли кто выслать им копию моего диплома – типа, если буду отсюда освобождаться, то подтверждение, что у меня есть специальность. :)))

17-08
Продолжают копать. Только что – следак из балашовского следственного комитета: из Невинномысска ему пришло поручение опросить меня по тому же самому делу. Просить – значит, надеюсь, дело еще не возбуждено. Но – сказал опер Степанов (оказалось, та самая ехидная мразь в шапке на каждой проверке с вопросом: «Как дела?» - это именно он, а я в шапке не узнавал!) – «они нам не поверили», что я отказался отвечать, прислали этого следака с поручением. Хотелось бы надеяться, что этим и ограничится, но – увы, чутье подсказывает, что они раскрутят меня опять… Три недели прошло – и вот новая их активность. Страшнее всего – что рассказать обо всем этом теперь некому: матери нет. А остальным всем плевать…
Отвратительный жирный следак. Молодой. Они теперь все молодые. Сучье поколение…

11.4.18., 14-43
Хуета ебучая, мразь!.. Ровно полтретьего – опять шмон, как по часам! Два здоровых лося, из них один – давно знакомый, уже не раз я мечтал его убить, глядя, как он роется в моих вещах. Разрыли опять, суки, почти весь баул, даже не снимая со шконки, выволокли все пакеты с вещами, все письма и пр. – кроме дальнего, к стенке, торцевого кармана. Смотрю на эту мразь – и так и тянет врезать наотмашь саблей, или чем-то таким, по шее, чтобы голова сразу слетела… Мрази, недочеловеки, таких всех надо убивать и только убивать, жить тюремщики, менты и пр. не должны!
Забавно, кстати, что пену для бритья так и не взяли – десять дней уже стоит. :)) Утром еще принесли письмо от Землинского – огромное и с очередными журналами за 2015 г. Больше – ничего, где 197-е письмо от Майсуряна с распечатками – непонятно, цензор божится, что его не было. Но хорошо, что хоть от Землинского, а то вчера я был полдня в трансе, что этот цензор в почтовый день (вторник) ничего мне вчера не принес, прошел мимо, я даже голос его слышал. Оказывается, раздача у него сегодня (второй раз сбивается, на той неделе вместо пятницы разносил в четверг).

13.4.18., 20-19
Хоть одна хорошая новость, и крупная: заработал интернет в тюрьме! После обеда пришел цензор, принес письмо от Гудзенко (а майсуряновское №197, с распечатками – так и не отдают!) – и сам спросил у меня те два электронных письма, Феликсу и Наталье, что вернул мне десять дней назад, 3-го марта. Ну что ж, будем надеяться, что хоть так, через Феликса опять же, мой ответ Артемию Троицкому таки дойдет до адресата. :)
Принесли «НоГу» свежую – и там еще одна потрясающая новость: в Петрозаводске «суд» ОПРАВДАЛ Юрия Дмитриева, главу местного «Мемориала». Вот уж я не ожидал! Очень рад за него, конечно, хотя – что ему моя радость? Он же меня не знает. А главное – вот что значит мощная, громкая международная кампания в защиту! Смогли отстоять… А мне светит четвертый «суд» и новая добавка к сроку – и никто меня отстаивать и не подумает, кроме Натальи, Феликса и еще трех-пяти человек…
А «НоГа» всё проповедует пацифизм на российско-украинской войне (т.е. – проповедует его украинцам, защищающим свою родину от российской агрессии). Боже, как она отвратительна со своим пацифизмом! Всё мусолят слюни и сопли про погибших и пострадавших детишек – от пожара в Кемерове, от свалок в Волоколамске и др. местах. Вот уж кого мне абсолютно не жалко. Когда в Чечне бомбили села и города, убивали детишек тысячами – эти мрази, родители нынешних жертв, молчали, а то и аплодировали. Потом под их аплодисменты их 86%-ный Путин бомбил детей в Сирии. Сейчас на всех «протестных» митингах они говорят: да, Путин нам нравится, по внешней политике он молодец, а вот внутренняя никуда не годится, надо гнать с поста… Медведева! Тупые рабы, дебилы, слякоть, генетический мусор, не имеющий права называться людьми. Эта страна населена недочеловеками, в ней дерьмо – абсолютно ВСЁ!..

16.4.18., 16-28
В 12 часов – вдруг адвокат! Оказалось, приехала Марго, которую я раньше следующей недели не ждал, да еще и привезла с собой ту самую Светлану, свою подругу, как она ее отрекомендовала, о которой мне писала Наталья. Привезли они новости, и не все из них приятные. Сидя в ожидании допуска в штабе (?), слышали, как идет видеоконференция с «судом», то бишь – интернет в тюрьме работает. Но на днях отправить мне чистые бланки писем – Марго не смогла! Наталья в письме от 13-го тоже пишет, что ФСИН-письмо не работает, – в тот самый день, когда цензор мне сказал, что снова заработал интернет. Хотя, м.б., Наталья писала рано утром, как всегда. Пишет еще, что теперь вся надежда на Трампа и что она всерьез на него рассчитывает. :) Прошли обе адвокатессы на сей раз с телефонами очень быстро, не бодались с начальством, как Марго в феврале. Сказала она еще, что этому местному балашовскому адвокату Лачинову, которого Марго мне прочила еще в Саратове, ЗАПРЕТИЛ (!) ко мне ходить начальник тюрьмы. То бишь – формально запретить он, конечно, права не имеет, но пообещал, что в случае хождения ко мне у Лачинова этого будут проблемы с попаданием (как я понял; а с чем еще могут быть?) ко всем остальным подзащитным здесь…
Рома, скотина, оказывается, не передал Марго всё то, что я под запись ему диктовал!! Поэтому все просьбы пришлось диктовать ей заново . Бог весть, когда я получу ответы на них… Марго, в отличие от Смотрова, приходившего в марте до Ромы, считает, что если дело в Ставрополе таки раскрутится, то его передадут сюда, в Балашов. Что ж, даже это было бы легче, чем ехать этапом туда. Тем паче, что, по ее словам, этап туда и впрямь через Саратов. Просил ее опять найти в УФСИНе этого Алиева, но - не зная его вообще, она всё сомневается, действительно ли он Алиев…
То бишь, м.б., и верна была моя догадка, что интернета лишили тут лично меня одного… :((((
Ушли они обе быстро, торопились. (Под конец Марго опять записала меня на видео – опять вопреки запретам караулившего под дверью верзилы с тупой харей. И – оказалось, прошлую-то видеозапись она не выложила, опубликовала только расшифровку разговора. На кой черт тогда и снимать!..) Пришел, дождался обеда, поел – и без четверти три идут, ублюдки!! Очередной шмон, понедельничный, ритуальный. Опять те же двое – рыжий здоровенный лось и маленький, совсем молоденький. Рыжий, как всегда, методично вытаскивал из баула пакеты, развязывал, разматывал и бросал на шконку. Маленький лазил в шкафчик, в пакет на вешалке и прочие места. Я смотрел на этого рыжего блядиного сына за его паскудной «работой» – и думал: сперва переломать обе руки, которыми он роется в моих вещах. Потом – выколоть глаза. И, наконец, вспороть брюхо и выпустить кишки. Или лучше просто привязать к двум машинам и разорвать пополам?.. Так обычно говорят о любви, но – никто никого сегодня на планете Земля не ненавидит так люто, смертельно, безгранично, как я ненавижу этих тюремных и прочих ублюдков в погонах. Подвесить на дыбу, взять бензопилу и крошить их мясо и кости без пощады, без отдыха, – и этого им будет мало за шмоны, за годы тюрем, за всю мою поломанную жизнь, за все эти 18 лет путинщины, которая лишь на этих мразях – «силовиках» - и держится. Убивать, убивать, убивать!!!
Еще Марго объясняла свою спешку тем, что, пока время рабочее, хочет как-то передать мне в виде «гуманитарной помощи» радио на батарейках. Не знаю уж, смогла ли она, но ничего пока нет. Да плюс – надумала, наконец-то, сама: почему бы не подать на УДО? :)) Раз за четыре месяца у меня тут нет ни одного взыскания. Да, внимание некоторое это может привлечь, она права. Но специально по такому случаю могут меня засунуть и в карцер. Да и иметь дело с «судом», который я за таковой не признаю, смертельно противно. Записала, каким «судом» осужден, дабы получить оттуда приговор, – что ж, может, и впрямь подаст еще на УДО, будет еще один – глупейший! – инфоповод…
После всего – еще погнали в баню. Кипяток, как всегда. Забавно, что с 25 января блокнот мой НИ РАЗУ не оставался в камере, когда я ее покидал больше, чем на одну минуту… :)))

18.4.18., 6-13
Практически не спал эту ночь, от силы часа два. Перевозбуждение опять с вечера, долго не мог заснуть; после трех уже точно не спал. Чувствую себя отвратительно, башка болит (слева, как обычно)…
Мрази тюремные всё наглеют и наглеют. Вчера прямо в обед – обход каких-то местных начальничков (а ждут еще и приезжих, весь день вчера паника и беготня). Два жлоба ростом под потолок, незнакомые. Сказал про забранное радио – так один их этих ублюдков взял у меня ПВР и тычет пальцем в пункт: мол, радио и ТВ предназначены только «для коллективного использования» и – главное – «в местах, определенных администрацией». То бишь – в лагерном бараке телевизор обычно ставится в специальном помещении, так называемой «ПВР-ке», хотя в Буреполоме блатные порой и забирали его к себе в секцию. В тюрьме, где зэк постоянно в камере, «определять место» не нужно: кроме камеры, другого места тут нет. Но эта мразь мне заявляет: мол, администрация «не определила место», где мне слушать радио; а точнее – определила, что оно (радио) должно лежать на каптерке! Наглая, запредельно циничная мразь! Живьем рубить на куски топором – вот единственно адекватный ответ на такой цинизм!..
Весь день писал вчера письма, семь штук написал! :) Большой почтовый день. :) Пришли наконец электронные – еще от 1-го апреля, а вот от 5-го (Мананников) – нет почему-то. Главная сенсация – письмо от Люзакова, четыре страницы на принтере С ума сойти!.. И – одновременно Майсурян мне пишет, что, мол, Люзаков не мог тогда в конце 2016, обмануть меня с письмом, это не в его правилах, а просто – он пишет на компе письма, но не сохраняет их. М-да… Так что при встрече с ним 1-го апреля Майсурян это люзаковское письмо на четыре страницы на телефон даже сфотографировал, на всякий случай, вдруг опять не дойдет. Что ж, я очень рад, что ошибся в Паше Люзакове, что он оказался лучше, чем я думал о нем. Почаще бы так ошибаться, ей-богу!..

22.4.18., 11-00
Очередная крупная провокация: на 3,5 дня засунули к какому-то уголовнику в 31-ю. Долго уговаривали: опер Степанов, мразь, у себя в кабинете, а потом и этот уголовник, им приведенный. Сперва мразь Степанов сказал, что посадит меня в 29-ю, прямо надо мной – она тоже двухместная, и я буду там один. Пошел. Смотрю – ведут не к 29-й, а к 31-й! Подхожу, заглядываю в «глазок» - там на шконке лежит какая-то харя. Естественно, отказываюсь идти. Опять ведут к Степанову, и тогда-то он эту харю уголовную и приводит. Мол, приехала московская комиссия – и решила, что «крытники», сидящие «по безопасности», не должны сидеть по одному, а только отдельно от «массы». А иначе, мол, этому уголовнику придется ехать на тот, тюремный корпус, а он очень не хочет – он бывший блатной, но потом стал где-то в зоне завхозом карантина, а это всегда мразь из мрази, избивающая зэков и наживающаяся за их счет, – ясно, что боится, сука.
Я отлично понимал, что это всё подстава, вранье, ловушка, что ничего мне этот финт хорошего не сулит. Дебил этот уголовный, как он сам потом рассказал, больной на голову после хорошего удара по ней киянкой где-то в другом лагере, на ЕПКТ. Но мрази эти – Степанов, собственно, т.к. решал именно он – поставили меня перед выбором: 31-я – большая, бывшая шестиместка, где четверо нар просто спилено; не хочешь туда – посадим кого-нибудь к тебе в 19-ю, где не развернуться вообще будет вдвоем. В конце концов обещали, что я посижу в 31-й неделю, а потом, как московская комиссия уедет, 25-го меня опять вернут в 19-ю. Мразь Степанов при мне написал в моей «камерной карточке», что 25-го – камера №19.
С этим уголовным дебилом проблемы начались на следующий же день утром. Вечером 18-го, после проверки, мне принесли туда еще одну шконку, нижнюю, и привинтили к полу, т.к. лазить наверх, я сразу их предупредил, я не могу. А дальше, наутро, – как всегда. Абсолютно бессмысленный говорящий кусок дерьма, понимаете? 36 лет, из Москвы, сидит с 14-ит, с малолетки, 20 лет уже отсижено, осталось еще 14 (за два трупа), «смотрел» за корпусами тюрем в Москве; образования вообще никакого, знание истории – ноль, но пытается о ней спорить (в частности, ссылаясь на романы Пикуля, доказывать мне, что во время Цусимы русский флот разгромил японцев :)))) ), и т.д. и т.п. Русский, фанат православия и «святого» царя Николая II, вся камера обвешана иконками, и т.д. Ну и – как у них всех, у этих животных: малейшее несогласие и любая попытка возражать приводит это существо в утробную глухую ярость. За эти три дня от моего несогласия по всяким отвлеченным вопросам (да еще под вещающее весь день Рен-ТВ!) оно накалялось всё больше – и сегодня с самого утра заявило мне, чтобы я собирал вещи. А на проверке заявило «мусорам», что если я еще раз зайду в его «хату», оно меня убьет. (Здоровенный лось, да еще с больной головой, – вполне м ожжет, тем паче, что из стены у него там свободно вынимается железная палка, к которой должна быть приварена раковина, – ею запросто можно забить насмерть.) Что ж, «мусора» прямо с проверки меня увели, я час примерно простоял в клетке в торце коридора, где не на что было даже сесть. Потом повели забрать у этого полоумного в камере, под присмотром «мусоров», свои вещи – и спустили назад в 19-ю, к моему полному удовольствию.
Кстати, мразота эта тупая, говоря на проверке «мусорам», что я, мол, «провокатор» и такой-сякой, упомянула мельком ту фразу о «русских свиньях» (в искаженном, правда, виде), которую в качестве заголовка пытается мне инкриминировать следственный комитет Невинномысска. Узнать ее где-то еще, кроме как от начальничков, ему было негде: за эти три дня он два раза ходил надолго якобы насчет отдачи ему всяких вещей, забранных перед комиссией, – сперва к той же мрази Степанову, а вчера – к начальнику. И то, что они ему эти подробности обо мне сообщили, а м.б., даже дали почитать тот невинномысский факс – еще раз доказывает, что это была сознательная провокация против меня.

24.4.18., 10-45
Опять шмон – на сей раз по всему этажу, слышно было в коридоре. Аж четверо ублюдков, – один пристально рылся в шкафчике, тряс коробки с сухой картошкой. Другой снял со шконки баул и рылся в нем, но не очень, не вытаскивая особо ничего. Третий пощупал телагу на шконке, блокнот в ней не нашел :)) и принялся читать журналы за 2015 г. Четвертый слазил в пакет на вешалке. И т.д. и т.п. Особого ущерба не нанесли, ничего не забрали, погром умеренный, да и – общий шмон на этаже, хоть не так обидно. Но все равно – собственными руками их порубил бы на куски топором! Будьте вы прокляты, мрази, ублюдки, тюремные крысы!!! Убивать, убивать, убивать!...

P.S. А пену опять не забрали, идиоты!.. :)))

27.4.18., 14-37
Очередной мини-шмончик после обеда, как всегда, уже шестой за апрель. Те же два мудака, уже хорошо знакомые, тупые ублюдки. Полазили только чуть-чуть, для вида. Баул мой даже не стали снимать со шконки. И однако – все равно тупо, упорно, регулярно приходят… А пена для бритья так и стоит на столе, с 1-го апреля еще, и никто ее, запрещенную, не забирает… :))
Пятница. Будут ли письма? Со вторника, 24-го, новость только одна: Наталья написала, что харьковчане (Харьковская правозащитная группа) отказались печатать мой «Буреполомский дневник». Я и то удивился, когда зимой они согласились, думал: весь его обкорнают. А они – еще проще: отказались. Мол, «призывы к насилию», не их убеждения, как Наталье, по ее словам, написал старый хрыч, 80-летний директор всей ХПГ. Что ж – козлы, уроды тупые, дебилы, что тут еще сказать? Не хотят – не надо, черт с ними, обойдемся без них!..

29.4.18., 14-54
Вы будете смеяться – опять был шмон!!! :)) Восьмой за апрель месяц. Те же два уёбка – рыжий и жирный (квадратный), тот, что всегда задает вопросы и старается меня разговорить (а я, естественно, молчу). Утром, в девять, вывели первым в баню – эти два животных, и с ними еще целая толпа, стояли у 20-й. Вернулся – их уже не было. Надеялся: раз утром 20-ю шмонали, ко мне не зашли – м.б., и не появятся уже? Но всё же до конца не верилось, ждал на всякий случай. И – точно!.. Жирный, ублюдок, сволок мой баул со шконки на пол, вдвоем они распотрошили его практически весь, и торцы, и сам баул, устроили форменный погром. Мрази, свиньи грязные, когда же, наконец, я смогу убивать вас лично, своими руками?!.
Восемь шмонов за апрель – и еще ведь последний день завтра. В феврале – 9 за 28, в апреле – 8 за 29… Убивать, мочить, резать, живых рубить топорами на куски этих тупых мразей…

1.5.18., 18-28
Очередная комиссия, да плюс еще «праздничек», 1-е мая. В результате – «съедобный день»! :)) То бишь, весь день вся баланда была съедобна, обалдеть!.. Завтрак – пшенка (на воде, абсолютно без соли и с кучей черноты); обед – гороховый суп со свежей картошкой и плов (!! – рис со следами какого-то мяса, даже не поймешь, какого именно); ужин – рыбная котлетка + натуральная молодая картошка!!! И где они ее только взяли-то, – она не раньше июля бывает, по детству помню… Но – как только комиссия уедет, опять пойдут ячки, перловки и прочее дерьмо, как всегда и бывает.
Продолжаю сходить с ума по поводу того, навесят мне еще по невинномысскому делу, или нет. Ей-богу, я просто не выдержу еще одно продление срока, у меня уже просто нет сил, я на последнем издыхании. А навесить могут очень даже… Если же нет – о, какое счастье, какой полет!! – мне всего-то осталось 566 дней, что чуть больше полутора лет…

2.5.18., 14-27
И опять шмон!.. Первый в мае. Опять те же два уёбка – рыжий и мелкий. Баул они теперь стаскивают на пол – и громят целиком, вытаскивают всё, и из самого, и из торцов. Рыжий вытаскивал, а мелкий тем временем нашел в торцевом кармане фотографии – и самозабвенно смотрел их… Острое желание рубить их наотмашь топором – по головам, по шеям! – когда они, присев, вытаскивают из баула один пакет за другим… Убивать, лично рубить на куски живьем эту мразь, крушить их черепа… Эти ублюдки жить на свете не должны!

6.5.18., 15-30
Опять шмон (хотя воскресенье). В три часа, даже минут на пять позже, когда я уже думал, что – всё… Те же два ублюдка – жирный и рыжий. Опять стащили баул на пол – видимо, им велели его стаскивать, они же все шмоны пишут на видео. Размотали всё, что только можно, жирный недочеловек методично вытаскивал из пакетов и папок бумаги, письма, ручки, тетрадки… Опять полный погром, всё моё тряпьё горой валяется на хамски закинутом на кровать матрасе. Что с этим делать? Только бить! Бить – и убивать! Больше ничего не поможет. Чтоб вы сдохли, вонючие тюремные ублюдки!..

8.5.18., 15-06
И опять шмон! :))) Рыжий и мелкий вдвоем. Разгромили всё еще основательнее, чем позавчера. Особенно старался мелкий – вытаскивал письма, конверты и вообще всё бумажное из пакетов. Чем дальше, тем тщательнее они устраивают этот погром, а ведь недавно еще – еле-еле лазили…
Утром, на проверке, «режимник» уже дал устный ответ на мое вчерашнее заявление с требованием эти шмоны прекратить. Как ни мерзко писать этим мразям, тем самым как бы их признавая за людей – но написал, перечислил даты шмонов с февраля… И вот – сегодня утром эта пучеглазая гнида мне говорит: мол, ничего личного, а просто по «приказу номер такой-то» (разумеется, с грифом «Для служебного пользования», нигде не опубликованному, т.е. юридически вообще недействительному) на строгом режиме положено шмонать минимум восемь раз в месяц. Вот мрази, а? Суки, ублюдки, мразь!.. Мне и один-то раз в месяц – много, настолько это мерзкая и унизительная процедура. Но – никакие флеш-мобы с жалобами с воли тут не помогут, раз они ссылаются на какой-то приказ; что делать, как их остановить – совершенно непонятно.
И еще перед обедом – цензор с письмами и с милой новостью: оказывается, два моих недавних письма – Григорьянцу и Наталье Г. – конфискованы! Причина – «угроза жизни и здоровью», как написано в «акте» (это чмо мне и «акт» притащило). ЧЬИМ жизни и здоровью? Не адресатов, разумеется, а – вот этих шмонающих меня ублюдков, рыжего и жирного. . После прошлого шмона я С.И. и Наталье вкратце описал, ЧТО мне хочется с ними сделать, когда я гляжу на их склонившиеся над моим баулом поганые гнилые черепа. Результат – забрали, суки, письма, испугались, видимо…
Анекдотическая деталь, которую я уже много дней хочу записать, да всё забываю. Еще 4-го мая выдали казенные гигиенические наборы, положенные по их УИКу… без туалетной бумаги! :)))
В общем, КаРФаген должен быть разрушен – а всех сотрудников ФСИН надо беспощадно убивать!

11.5.18., 14-42
Очередной шмон. Каждые три дня максимум… Жирный, мелкий – и на сей раз еще какой-то ублюдок со знакомой харей, но не рыжий. Опять полный погром баула. Банный пакет вытряхнут на кровать, остальные пакеты валяются на полу. Особенно усердно они разматывали и раскидывали бумаги и письма – и из торцевого кармана, и из папки, лежащей в бауле, было вытряхнуто абсолютно всё, размотано и размётано буквально по листочку. Мелкий ублюдок выволок из папки электронные письма – и с упоением принялся читать их, водя пальцем по строкам. При этом письма, сложенные в определенном порядке, он по мере чтения перекладывал как ему хотелось. Собирал я это всё за ними не меньше 15 минут.
Ну и что тут сказать? Одно и то же… Жуткое, лютое чувство утробной ненависти к этим тварям и желание долго, мучительно убивать, живьем на куски их резать своими руками, лично…

14.5.18., 7-10
Понедельник. Отвратительный день. Жду сразу и продолжения ставропольского дела (т.е. допроса как свидетеля), и послеобеденного шмона (два дня не было). Что-то сбудется?.. А так – осталось всего 553 дня, 79 недель…

16.5.18., 10-31
Две новости вчера. Первая – Гудзенко все-таки прислал мне бандеролью свой китайский радиоприемник, как и предлагал (хотя я писал ему, что лучше не надо). Вторая – во вчерашней почте все пишут, что ЕСПЧ наконец-то вынес решение по жалобе 2007 года на мой первый приговор, присудил компенсацию 12,5 тысяч евро…
Радоваться бы, но… Сейчас вот водили получать эту бандероль. Вскрыли, записали, я расписался… и опять, суки, не отдают!! Говорят, мол, надо его еще «проверить» (что там проверять??!), а мне – написать заявление начальнику, чтобы выдали, и вот только тогда…
А уж денег, присужденных ЕСПЧ, я тем более не получу: я ведь в списке Росфинмониторинга, а деньги выплачиваются российскими властями – и они уж точно не будут переводить их мне за границу, где бы я мог их получить наличными…
Удивительно, но шмона не было уже четыре дня. Сегодня – пятый день – наверняка придут. Адвокаты тоже не едут, хотя Наталья в письме обещает скорый приезд Светы. Осталось мне полтора года…

15-32
И точно – пришли. Очередной погром. Причем всё позже и позже, суки, приходят: где-то четверть четвертого уже было… Жирный, рыжий и еще один, тоже уже много раз бывал. Размотали опять абсолютно всё, повыбросили из пакетов вещи, письма, чистую бумагу – всё, всё свалили кучей на закинутый на кровати матрас, как обычно. Так же, как и уже не раз – уходя, выключили мне в коридоре розетку. Бляди, вонючие уёбки, мразь… Давить, уничтожать этих выблядков!!! Всех сотрудников ФСИН надо убивать! Уже пять погромов за половину мая всего лишь…

19.5.18., 7-44
Вчера часа в три, даже позже – одновременно принесли письма и пришла Белова, новая саратовская адвокатша, которую тоже зовут Света, так что по письму Натальи я ее спутал с Сидоркиной (что, типа, ко мне едет Света). Три письма от Натальи по электронной почте и одно – через эту Свету. Но успехов никаких: она в Каннах вчера или, скорее, позавчера общалась с Боровым, говорила обо мне – но Боровой ей ответил, что якобы он со мной много раз встречался и знает, что я больной, у меня шизофрения, а также что мне «нравится сидеть», так что помочь он мне ничем не может. В общем, Боровой оказался таким гондоном и мразью, что я даже не ожидал, – а я-то еще по наивности думал, что в прежние годы иметь со мной дело ему запрещала Новодворская! Мразь, которая боится непонятно чего – а в оправдание своей трусости лепечет традиционное «Стомахин сумасшедший», ибо больше-то придумать ничего не может. Когда Наталья сказала о недавнем решении по мне ЕСПЧ – Боровой ей посоветовал нанять в качестве адвоката ЗА ДЕНЬГИ Генри Резника (то есть - за бешеные деньги), она согласилась – и он сразу же написал СМС, типа, Резнику. Но зачем нужен Резник, чем он мог бы помочь – я со слов Натальи так и не понял.
Еще она пишет, что списалась с MFF, но он в Америке, так что встретиться с ним, как она хотела, не получится, общались по электронной почте. Он, по словам Натальи, решил обратиться к певице Мадонне, а Белова еще на словах сказала, что он придумал какой-то опасный план, но какой – пока неизвестно. Что-то мне подсказывает, что едва ли у него есть прямой выход на Мадонну, а если вдруг даже и есть – едва ли она захочет защищать меня, как в 2012 защищала Pussy Riot, – я ведь всё-таки не деятель искусств…
Еще – официально через ФСИН-письмо написал мне Владимир Малышев, друг Натальи, о котором она мне писала, фотокорреспондент «Рустави-2», которого она просила организовать ей встречу в Голландии с Саакашвили (он сейчас там) по поводу меня. Малышев этот пишет, что Саакашвили сейчас очень осторожен, чтобы не давать лишних козырей пропаганде против него у в Украине, обвиняющей его в работе на ФСБ, а моя позиция по РФ, мол, может очень возбудить «вату» на востоке Украины. Причем тут эта «вата» и пропаганда – непонятно, т.к. я просил Наталью всего лишь попросить Мишу использовать его связи с крупными западными СМИ, порекомендовать им Наталью с темой обо мне, а не чтобы он сам, от своего имени, эту тему озвучивал (хотя это и было бы очень здорово, если бы он согласился). В общем, полный облом по всем направлениям, полная безнадега… :(

21.5.18., 14-55 (д/р Сахарова)
Очередной шмон. Рыжий – и еще два уёбка, тоже уже много раз приходивших, но кличек им я пока не подобрал. Слава богу, в этот раз погром все же меньше, чем последние 2-3 раза: тряпьё и пакеты из баула они выбросили на шконку, но из пакетов все же ничего особо не вытряхали; из одного торцевого кармана баула опять вытащили чистые тетради, конверты и писчую бумагу, опять – как всегда – вытащив ее из пакета; второй карман, с письмами, к счастью, сегодня не потрошили. Закинутый конец матраса, разумеется, закинувшая его тварь и не подумала откинуть обратно; часть вещей клались прямо на решетку шконки. Один из них опять, уже второй раз, перевернул лицом щит с «правилами» для зэков, который у меня именно в знак протеста против шмонов висит лицом к стене, – и вслух удивлялся, какое я полное отрицалово: листки с правилами на щите тоже перевернуты вверх ногами. :) В общем, чуть полегче, чем те два-три раза, но всё равно: шмонающие меня ублюдки жить не должны! Беловой в ее приезд я сказал про флеш-моб с жалобами на шмоны – но ясно заранее, что это не поможет…

22.5.18., 11-33
Вчера с вечера предупредили – и ночью выключили воду. Хорошо, кроме бутылок, я догадался набрать еще и в таз, хоть есть чем мыть посуду. Не только в тюрьме – во всем городе, говорят, нет воды. По словам одного из вертухаев, тут так бывает пару раз в полгода (ну да, пятого марта было) и длится где-то сутки. Особых проблем у меня с этим пока нет, только вот туалет без воды не работает.
На улице холод, сильный ветер, задувающий в камеру через щели окна. Без свитера – реально холодно, хотя на дворе май. Как заставить мразей до зимы поменять это щелястое окно на нормальное – бог весть…
Осталось 2055 рублей от всех моих лимитов с февраля. Не могу решить – ждать ли 1-го июня, чтобы сразу на 8000 отовариться, или прямо сейчас. Ясно чувствую, что 6000 р. в месяц не хватит мне даже при экономии на всем. :((

24.5.18., 7-07
Весь день вчера отвечал на письма (вместо вторника их принесли в десять утра среды). Главная безумная новость во всех письмах: у Корба 18 мая был обыск; на него завели дело по ст. 205.2 за публикацию… моего последнего слова 2015 г.!! Судя по тому, что у меня не было ни обыска в тот же день (а позже уже нет смысла, шмонают по одному делу всех всегда синхронно), никто не пытался допрашивать и т.д. – есть смутная надежда, что раскручивать по этому делу меня не планируется. Но – кто знает?.. тяжелейшее, мучительнейшее чувство, что в ноябре 2019 освободиться мне не суждено, лишь усилилось от этих вестей. Корба, пишут, еще и задержали 20-го мая в аэропорту Омска – демонстративно, грубо, с «маски-шоу». Вроде как он даже не под подпиской, я так понял, – но улететь из Омска ему не дают, суки…
Майсурян прислал мне решение КСПЧ. Оно – четырьмя голосами судей против трех, с особыми мнениями, в 108-м пункте пишут о Масхадове, что, мол, называть его легитимным президентом Чечни – это преступление… Ну да, часть судей по всем делам против РФ – из России… Мананников в письме замечает, что, мол, даже в ЕСПЧ Стомахин вызывает жаркие споры. :)
Единственная хорошая новость – от Феликса: он нашел-таки кольца матери!! Оказалось, маленькая шкатулочка с ними и бабушкиным серебряным кольцом лежала в трюмо, под зеркалом. Не украли, значит, слава богу! Он отнес оценить золотые кольца в ломбард – там ему за оба назначили 14 тысяч. Неужели так мало?! В районе 200$ где-то всего лишь. Но сколько десятилетий они нас спасали, когда было нечего есть, – слезы наворачиваются, как вспомню эти поездки в ломбард, дворы, где я бродил, очереди на два-три часа… «А прошлое кажется сном»…

10-52
Неожиданно вдруг – общий шмон по всему этажу, «плановый». Видимо, они тут бывают редко, с марта, кажись, не было. Совсем другие хари, чем шмонают после обеда, зато –целая толпа! Слава богу, серьезный погром устраивать не стали, баул не стали вообще трогать, ни снимать со шконки, ни даже открывать. Устали, видно. :) Меня по карманам общупать тоже забыли. :) Перерыли только постель, да пачку журналов и писем на втором ярусе шконки. Один из ублюдков зато тщательно прощупал зимнюю шапку, висящую на вешалке. :) Уже семь шмонов было за май.

27.5.18., 12-26
Очередной шмон, но на этот раз – ДО обеда! Вот только что. Двое ублюдков, один – постоянный участник, но пока без клички, тот, что говорил в тот раз об «отрицалове», переворачивая лицом стенд с «правилами». Погрома, слава богу, на этот раз не устроили, баул снимать не стали, – этот, постоянный, сказал второму, который было хотел, что, мол, не надо. Покопался только там слегка в боковом кармане. Где куча пакетов, да в сумке с посудой и пр. под столом. Ушли; минуту, не больше, заняла вся эта мерзкая процедура. Но – то в четверть четвертого, суки приходят, а то вдруг до обеда, когда их вообще не ждешь!.. Твари…Это был восьмой шмон за май – интересно, будут ли еще шмонать до июня. Скорее нет, чем да.
24-го, в четверг, вскоре после отбоя еще и ночник вдруг погас. Сгорела, как потом оказалось, лампа. Мразь в коридоре включила, конечно, как это увидела, верхний свет, пришлось спать при свете. На следующий день, естественно, выяснилось, что новых лампочек нет, а электрик-зэк – освободился! :))) Думал уж – всё, не будет теперь ночника… Но в результате моих напоминаний целый день – они под вечер таки нашли какого-то еще зэка из хозотряда, который переставил мне в ночник одну из двух ламп с потолка. Так что, слава богу, ночью всё же можно спать.

29.5.18., 16-05
Приехала опять Света Белова, адвокат, – я почему-то думал, что теперь очередь Марго. Оказывается, самое главное, что я просил в тот раз, Света еще и не сделала, всё искала (11 дней!) подходящую возможность. [Примечание 2020 г.: поручение было переслать моим друзьям перефотографированную в предыдущий визит рукопись брошюры «О смысле жизни».] То-то, я смотрю, условленных фраз в письмах мне никто и не пишет, а Феликс вообще промолчал, хотя я ждал его письма сегодня. Что ж, Света обещает всё сделать на днях – остается ждать. Слава богу, запрос по поводу замены окна в камере она послала, жалобу на шмоны подготовила, послала еще запрос, в каком это приказе предписаны восемь шмонов в месяц. Одно большое ее преимущество – она заранее называет точную дату следующего визита, в пределах одного-двух дней. В следующий раз обещает приехать 18-19-го июня. Наталья и пр. сообщают через нее в письмах, что Корб пока что на свободе, но под подпиской, за него большая шумная кампания, покруче, чем была за меня когда-либо. Карамьян, пишет Наталье какое-то очередное нелепое вранье, что якобы Бабченко получил мое письмо (или он Аркадия Б. перепутал с Артемием Троицким?) и якобы его самого спрашивал, знаком ли он с Натальей. Бред какой-то, короче.

30.5.18., 17-44
Итак, новый виток глумления. И теперь уже 100% ясно, что это именно глумление. Около пяти вечера, уже после объявления о выводе с промки, когда обычно ничего такого уже не бывает, вдруг слышу: включили регистратор за дверью, открывают. Входит какая-то начальственная харя в погонах, знакомая, но фамилии не знаю), за ней – та же послеобеденная шмонобанда, что и всегда. Харя требует, чтобы я надел робу и вышел. Выхожу – запирают в клетку! На выходе из камеры вижу – они заносят киянку, слышу – стучат по всему, по чему только можно. Харя вроде бы произнесла, войдя, слово «техосмотр». После стуков – слышу, открывают мой баул, потом, слышу, шуршат висящими на вешалке у выхода пакетами. Говорят: мол, письма. Я уж думал – очередной шмон типа как 10.6.14 в Медведкове, – сейчас, думаю, заберут блокнот, кучу бумаг и т.д… Рылись страшно долго, гораздо дольше, чем обычно роются после обеда. Захожу – разумеется, полный, тотальный погром, из баула всё горой вывалено на шконку, бумаги все вытащены из пакетов и по листочку размотаны – ну, словом, все как обычно. Собираю это всё, матерясь на этих ублюдков…
Только собрал, хотел записать всё это в дневник – открывается опять дверь! На пороге – та же начальственная харя (мразь!), за ней – уже другая шмонобанда, еще пара знакомых рыл. И этот главный у них – ублюдок – говорит: вещи собрал? Выходи, мол, КОНТРОЛЬНЫЙ обыск… Глумятся, короче, суки, откровенно глумятся.
Второй раз выходить я уже отказался, да и сил, честно говоря, не было. Сидел, смотрел, как они роются, потом заставили встать – опять шмонали матрас на кровати. В этот раз они опять размотали все письма, все бумаги, при мне перекладывали, перелистывали, просматривали всё досконально – письма, тетради; один добрался даже до старых газет на окне, которые обычно никто не трогает. Ублюдки, свиньи, мразь… Сам баул открывать, вещи вытаскивать – на этот раз не стали. И уже после их ухода – в «кормушку» мне принесли и отдали листы с котами, – из шуточного календаря, эти листы посылал мне с января Головизнин из Астрахани. «Досмотрели». Я даже не заметил, как эти свиньи их забрали-то.
В итоге – ничего не забрали. То бишь – это не внешнее, как я опасался, не Омск, не Невинномысск. Это чисто внутреннее глумилово. Теряюсь в догадках, чем оно вызвано, – м.б., чья-нибудь жалоба на шмоны уже дошла? Полины Кузьминой, м.б.? Не знаю… За май, значит, получается десять шмонов – рекорд. Состояние моральное – как будто избитый, совершенно без сил… Глумление совершенно запредельное, явное – и неизвестно, что еще будет. Главная мразь мимоходом пугала и карцером… Убивать, убивать, убивать!...

2.6.18., 14-50
Очередной погром. Всё точно, как часы: полтретьего, 2-е июня, – а до этого три месяца подряд каждое второе число были шмоны, так что я уже ждал. Следующий – 5-го или 6-го, значит… Те же два ублюдка – жирный и рыжий; так же полностью выпотрошили весь баул, всю папку, письма, тетради и пр. на хамски, как всегда, закинутый на шконку матрас. Полный, тотальный погром, – и я, упарившись, опять чуть не полчаса собирал все вещи, запихивал в баул, насилу застегивал… Точно так же, как и раньше, смотрел, как они вытаскивают моё тряпьё – и представлял, как бью наотмашь, со всей силы, по башкам, по шеям, как пол заливает кровь, а по стене сползает мозг… Мочить этих мразей-«силовиков», всех шмонающих, конвоирующих, запирающих и пр. и пр. – становится (давно уже стало) единственным смыслом и целью всей моей жизни! А рыжая хуета еще на этот раз не только более основательно, чем обычно, порылась в пакете с посудой под столом, но и – взяв у другой мрази регистратор, его фонариком посветила под стол – мол, нет ли там чего. Ублюдки, животные, паскуды, когда же я наконец смогу ЛИЧНО вас убивать?!.

4.6.18., 20-55
Понедельник. С утра опять сюрприз: в здешнем магазине – ревизия, работать он будет только «к концу недели». Суки е…ные! У меня осталась одна пачка сосисок – на сегодняшний ужин, чуть больше полпачки масла; завтраков (вафли) только до 7-го июня. Есть, конечно, на ужин запасы (а вот на завтрак их нет!) – сухая картошка, две банки «гуляша с картошкой», лапша б/п… но – это и мало, и несытно, и барахло, если честно. Да и – на такой же вот случай, когда не будет магазина, плотом уже новых запасов не сделаешь, на шесть-то тысяч, все приварки к которым с прошлых месяцев, увы, были израсходованы в мае, осталось сто рублей всего сверх июньского лимита в 6000 р… :(((
Завтра уверенно жду шмона. 5-го или 6-го они обычно бывают вслед за 2-м числом каждого месяца.

5.6.18., 10-15
Вдруг – шмон по всему этажу, совершенно неожиданно! Просто услышал, что где-то на этаже открыли дверь – и долго не закрывают (а это обычно и значит шмон). Только успел насторожиться – закрывают там и прутся ко мне! Хари совсем другие, чем обычно шмонают после обеда. Порылись вдвоем (третий быстро ушел) на вешалке, на постели, на втором ярусе над ней, один запилил свое рыло в шкафчик (полупустой, т.к. еда кончилась) – и ушли! Баул даже снимать со второго яруса, даже и там открывать не стали, вообще его не тронули! И сумку с посудой и прочим под столом – тоже (скорее всего, даже ее не заметили). Этакий мини-шмончик, – всегда бы так! Надеюсь, после обеда уже не будет! Но – и по этажу стало что-то больно часто: прошлый был 24-го мая…

6.6.18., 14-46
Вчера – шмон общий, сегодня – персональный, традиционно-послеобеденный. И плевать, что каждый день… Явились два ублюдка – мелкий и какой-то новый, до этого еще меня не шмонавший. Он и занялся потрошением баула, а мелкий в это время шерудил по обоим ярусам шконки, по шкафчику, коробке с продуктами на нем и т.д. Погром в целом получился средний – не такой тотальный, как обычно, но, конечно, гораздо больший, чем когда мой баул вообще не снимали со шконки. Должно быть, это потому, что баулом занимался всего лишь один ублюдок, в четыре руки погром бывает круче… Бумаги, по крайней мере, на этот раз не все были выпотрошены из пакетов, но из баула пакеты с ними были вытащены практически все. С удовольствием лично перерезал бы горло обеим этим свиньям!
Единственная хорошая новость – утром вдруг сам, без зовов и напоминаний, явился магазинщик! Ревизия, значит, закончилась быстрее, чем я думал, – я-то только завтра хотел его звать, и то не надеялся на успех. Хоть взял еды на две недели, до начала 20-х чисел. Плохо, что не было сосисок, пришлось брать только колбасу, а она дороже – в итоге потратил больше, чем думал. До июля осталось чуть больше 2000 р. лимита.

8.6.18., 16-44
Пятница. Не отдали письма, суки! Или – вообще не принесли. Баба-цензорша ходила тут в полтретьего где-то, уже второй раз за последнее время вместо того хмыря, что носил их обычно (видно, ушел в отпуск). Я отчетливо слышал, как она, только войдя на этаж, громко сказала: «…девятнадцатая» (или «-ую») в ответ на какой-то вопрос. И – не подошла ко мне, пошла по другим камерам, загрохотали «кормушки». Ждал-ждал, постучал в дверь, спросил у стоящих рядом вертухаев: там письма раздают? Один из них ответил: нет. И – всё, тишина. То бишь, понятно, что носили письма, у бабы из спецчасти голос другой. Но – мне ничего не дали, даже не подошли. А чтобы мне вообще не было писем – такого быть просто не может. Теряюсь в догадках… Теперь ждать до вторника…

20-36
Зашла сейчас на проверку какая-то мразь, прицепилась опять, что роба не застегнута – и обещала посадить в ШИЗО! Рапорт, мол, будет написан; на регистратор всё засняла другая мразь, дежурящая по этажу. Что ж, насрать на них, блядей, пусть сажают. Лето, в карцере, по идее, не должно быть холодно. Плохо, что, посадив один раз, начнут сажать беспрерывно, как обычно и бывает.

9.6.18., 5-09
Мало спал этой ночью, только до двух, как бывало в Перми. К ожиданию шмона и допроса по новому делу теперь прибавилось еще и ожидание карцера… (А шмона жду уже сегодня после обеда.) :((

10.6.18., 11-36
Очередной шмон. Опять до обеда, как и 27 мая, но на сей раз – почти на час раньше! Очень плохо, что эти суки могут вот так заставать врасплох, ведь жду-то я их лишь после обеда. Опять мелкий – и опять тот безымянный до сих пор :) тупорылый ублюдок с черными глазками. Мелкий, найдя письма на втором ярусе шконки (письма таки принесли вчера – оказалось, вчера была рабочая суббота, а 11-е, понедельник, перед «праздником» 12-го будет выходным), с упоением, как обычно, читал их – а безымянный в это время шарил в бауле. Снимать со второго яруса не стал, полазил в карманах, потом залез, как и я обычно, на лавку – и принялся вытаскивать оттуда пакеты. Слава богу, выволок не все, только самые верхние, так что полным нынешний погром назвать всё же нельзя. Но мне от этого не легче. Этих мразей я мечтаю убивать собственными руками!
Из электронного письма Мкртчяна выяснилось, что мое – тоже электронное – письмо месяц назад он не получил. Нонсенс…

13.6.18., 14-43
Опять шмон. Мелкий – за старшего – и какие-то два новых ублюдка, ни разу, по-моему, еще тут не шмонавших. На троих, правда, им тут «работы» катастрофически не хватает, так что третий, пошарив на вешалке, быстро ушел. Еще один пошарил в пакете с посудой под столом, сунул свой нос в ящик с едой. Мелкий открыл баул, развязал банный пакет, до этого еще пошарил во внешних карманах баула – и на этом, слава богу, шмон прекратился. То бишь – погрома как такового на сей раз не было, баул не снимали, но я, конечно, не думаю, что это помогли жалобы с воли.
Перед обедом еще водили на флюорографию, на второй этаж, – ну да, полгода прошло, как сюда приехал и здесь делали. А начальнички полдня разбирались с моим соседом из 20-й камеры, за стеной. С самого утра к нему пришли следачка и адвокат, он отказался к ним выходить, посылал следачку на х…, вертухаи ей объясняли, что силой его вывести не могут, а от он «напишет по правам человека» :))), а следачка негодовала: мол, пусть бы он стоял здесь (показывает, видимо, на клетку в коридоре), орал бы что угодно, ничего не подписывал, не говорил и т.д., за него бы всё подписывала адвокат – но я бы провела следственные действия! А то я и завтра приду – он опять не выйдет, и послезавтра, и т.д. – и что делать?.. :))) Молодец, короче, уголовничек, не пошел на поводу… Потом его дергали еще куда-то (как раз когда меня водили на флюшку), постоянно дверь 20-й открывалась и закрывалась, а под конец опять пришла уже одна адвокатша, он вышел к ней – и слышно было, как в коридоре еще объяснял: я, мол, ей (следачке) сказал больше не приходить, она должна была дать свиданку еще на той неделе – а она решила, что, мол, дело закроешь – тогда и даст свиданку. Утром, правда, на его упоминания об этой свиданке та орала: «А за ней кто-нибудь пришел?!» (за разрешением на свиданку, то бишь). Из упоминаний наркотиков стало ясно, что сидит этот тип по 228, т.е. – вообще ни за что.

17.6.18., 11-45
Очередной ПЕРЕДобеденный шмон сейчас. Два ублюдка – один уже много раз бывавший (тот, что переворачивал лицом щит с «правилами»), другой – опять какой-то новый. Погрома на этот раз совсем не было (указание им дали – или лень? Зимой какое-то время тоже не громили): старый знакомый, не снимая баул со шконки, слегка пошарил в его карманах, расстегнул крышку, но ничего доставать не стал; второй обшмонал кровать, проверил пол за отсекателем у окна, заглянул в ящик с едой на стене – и всё. Ушли, бляди, минуту где-то или чуть больше пробыв, – какое счастье!..
Воскресенье, но часов в 11 принесли газеты – не могли, суки, в пятницу отдать! Теперь, слава богу, можно спокойно читать их до вечера, не ожидая шмона…

19.6.18., 18-23
Ни писем (хотя вторник, должны были носить). Ни адвокатов (хотя эта Белова в прошлый приезд четко обещала мне: 18 или 19 июня). Ни даже бани (с прошлого четверга еще). Пусто, глухо, тоскливо… Одно только хорошо (отнюдь не последнее по важности): магазинщик сегодня пришел с первого же зова (на проверке), еще десяти утра не было, не пришлось ни ждать, ни спрашивать у вертухаев. Редкая удача!.. Накупил себе сосисок аж до 1-го июля включительно. :) Но – денег катастрофически не хватает на месяц, этих несчастных 6000 р., положенных в виде «лимита», а остатки с прошлых месяцев, с февраля еще тянувшиеся – увы, все закончились в мае. Кормят же эти суки по-прежнему дерьмом, то и дело – ячка, перловка, овес, а то и сечка!.. Чуть не каждый день обед – без второго (невозможно есть). На ужин сейчас вдруг вместо привычной уже кильки дали потассу – мелкая костлявая вареная рыбешка; последний раз, по-моему, в Кизеле в том году ел это дерьмо…
Ждем-с теперь каждый день адвокатов, чтоб их!.. Плохих новостей пока нет, но на душе – дикая тоска, постоянное ожидание новой беды. Жизнь прошла, и ничего с эти уже не поделаешь… :(((

20.6.18., 16-00
С утра, сразу после проверки – наконец-то письма! Целая кипа, в том числе – три от Натальи Г.: волнуется, почему нет писем от меня, не случилось ли чего. То бишь – письмо, что я отправил ей утром 15-го, в пятницу, ей в тот же день не отправили, дай бог, чтобы она его получила вчера, 19-го. Пишет она, что Рома должен приехать 29-го, а вот Белова – не отвечает ей на вопрос о дате поездки ко мне. Вот скотина! И – Феликсу в Москве, если и ездила, видно, она ничего не передала, судя по отсутствию письма от него. Положился я… Очень трогает, как волнуется обо мне Наталья, – после смерти матери я не думал, что кто-то способен на такое. Еще – письмо от Воробьевского, первое с осени 2017 г. Упоминает в конце, что на него, оказывается, было нападение в ноябре 2017 в подъезде его дома – я в Кизеле и не знал об этом, и ни Майсурян, никто из общих знакомых даже не упомянул…
Еще до обеда – тихая паника у вертухаев: прокурор идет с обходом! После обеда – и впрямь идет, слышно в коридоре. Вдруг открывается дверь, меня дергают: к прокурору! По дороге уже я сообразил: ну да, жалобы дошли! :)) И точно! В конце я его спросил – говорит, пока всего три жалобы, что очень мало, увы. А по сути – ну да, насчет шмонов он тоже талдычит про пресловутый «приказ», где якобы предписано не меньше восьми шмонов в месяц, но – т.к. приказ ДСП, то его нельзя даже увидеть! :))) Спросил, какие еще претензии, я сказал про окно в камере и про радио от Гудзенко, второй месяц его не отдают. Он всё это записал – и на этом всё. Понятно, что ответ всем жалобщикам будет: «нарушений закона не выявлено».
Зато какая-то очередная начальственная мразь, навязавшаяся (несмотря на мои протесты) присутствовать при разговоре, опять пугала меня ШИЗО за расстегнутую робу! :))) Пунктик у них тот же, что и у пермских мразей был: «нарушение формы одежды», универсальный предлог! Еще пробовало это чмо и 321-й статьей УК («дезорганизация»?) меня пугать, на что я ответил: я не боюсь, ничего вы со мной не сделаете, каким был – таким и остался, и всегда буду таким…
И – как вишенка на торте: пять минут прошло, как пришел от прокурора, – и опять шмон!! :))) Мы о них говорим, спорим – а они нас шмонают! :) Те же две мрази – мелкий и жирный, традиционно полезший в ящик с едой и бдительно проверивший срок годности сосисок. Правда, баул на сей раз вообще не трогали, даже не открывали – обошлись постелью, вторым ярусом шконки и сумкой с посудой под столом. На кипятильник мелкая тварь посмотрела аж три раза – хорошо еще, что не забрала, могла бы придраться, что там провода не так уж хорошо приделаны. От этих мразей можно ждать всего.
В общем, всё по-прежнему. Дикая тоска… Но – КаРФаген должен быть разрушен. Вертухаев надо убивать – всех!!!

22.6.18., 15-04
Без пяти два – открывают дверь. Думал – что-то рано они шмонать. Но нет – входят два амбала незнакомых. Я сижу, жду, что будет. Идущий первым командует мне (два раза :)) ) встать, потом говорит: «отдел безопасности» (саратовского УФСИНа, видимо). Спрашивают про жалобы. Я указываю ему на окно со щелями, он подходит, смотрит с полминуты, потом обещает: «Сделаем. Будет как в Ташкенте». Говорю про радио еще, уже второе. Он спрашивает про газеты на окне. Второй хмырь в это время, засунув сперва нос в продуктовый ящик на стене, берется за лежащие на нем книги. Мои – те, что без библиотечного штампа – откладывает отдельно. Я не сомневался, что он хочет их забрать – но нет, он унес как раз библиотечные, пообещав, что сейчас мне их вернут. И правда, минут через десять их отдают в «кормушку». Штампы, что ли, на них проверял? Вот такое было посещение, – это, видно, и есть та самая комиссия, о которой вертухаи говорили в коридоре еще утром, что, мол, комиссия здесь.

23.6.18., 12-09
Очередной предобеденный шмон, для аппетита. :) Но – чисто формальный, без погрома вообще. Один уродец (из двух) открыл карманы баула, не снимая его со шконки, потряс решетку-отсекатель, второй – сунул нос в продуктовый ящик на стене, в пакет под столом, под перевернутый щит с «ПВР» на стене. «Пришли, понюхали – и пошли прочь», как гоголевские крысы.
Вчера – и письма, и газеты, но – никаких важных новостей. По словам Поликовского в «НоГе», в регулярно им читаемой немецкой прессе нет ни слова о второй месяц уже голодающем Сенцове…

18-45
На ужин – овсянка и селедка. То бишь – я вообще без ужина. И крошащийся хлеб…
Убивать, мочить безжалостно всю эту мразь – всех, кто в России носит форму и погоны!!.

26.6.18., 12-17
Опять предобеденный шмон! Точно как я и ждал – 26-го, по расписанию прошлых месяцев! Те же три ублюдка – жирный, рыжий и еще один, тоже завсегдатай. Они с рыжим в четыре руки потрошили на полу мой баул на закинутый, как всегда, матрас, а жирное чмо лазило в продукты, в пакет с посудой, в туалет и т.д. – и задавало мне вопросы, домогаясь, как обычно, чтобы я ему отвечал. Но я никогда теперь в разговоры с этой шмонающей нечистью не вступаю, т.к. единственное, что я могу им всем сказать – это: «Иди на хуй, мразь!».
Опять полный погром. Всё тряпьё вытащено из баула, часть носков выброшена из пакета, бумага писчая, тетради чистые, бумага туалетная – всё размотано, распотрошено и горой свалено на шконку. Никакие жалобы, значит, даже близко не помогают: и шмон – уже девятый за месяц, включая общекоридорные, и погром опять тот же самый, на который и жаловались. В прошлый раз шмонали другие – им, видимо, просто лень потрошить баул, а вот рыжему ни фига не лень…
Тюремщиков из ФСИН надо убивать! Стрелять, взрывать, жечь, рубить топорами на куски!..

Дальше

На главную страницу